— Направляются прямо к нам, — ответил ему, чувствуя явное беспокойство. Интуиция подсказывала ему бежать отсюда.
— Отлично! Детишки сами облегчают нам задачу, — самодовольно воскликнула единственная женщина в их компании.
Двое других кивнули, готовясь к бою. Кирэн же не был так уверен в этом. Ребята приближались слишком быстро, гораздо стремительнее, чем прежде мог двигаться Тинар, и означать это могло только одно — тот стал сильнее. И он не намеревался оставаться здесь и выяснять, насколько. Приняв для себя решение, целитель вытащил свиток портала.
— Я ухожу. Как закончите здесь, найдите ставку Эсзаков. Рендезо хочет, чтобы вы присоединились к их армии в походе на Нугатру.
Командир отряда хмыкнул в знак согласия, и они все вместе, не таясь, покинули укрытия, выбравшись на свободное пространство, рассудив, что так им будет легче сражаться.
Кирэн не стал спорить, развернул свиток и вылил на него содержимое флакона. Голубая жидкость пролилась на бумагу, мужчина отступил назад, готовясь войти в портал…
Но ничего не произошло. Несколько секунд он смотрел на мокрый кусок пергамента, пытаясь осмыслить произошедшее. А затем понял, что их обманули и загнали в ловушку, отрезав все пути к бегству. Он зло скрипнул зубами и со всех ног помчался прочь из ущелья.
Но опоздал. Успел разглядеть лишь падающую с небосклона фигуру, окутанную сине-серебряным светом и оставляющую за собой такой же шлейф, прежде чем она врезалась в землю, ровно в то место, где замер отряд загонщиков.
Произошёл взрыв. Кирэн даже не успел моргнуть, как ударная волна отбросила его, и он врезался в дерево с такой силой, что то разломилось пополам. Мужчина задохнулся, он соскользнул на землю, чувствуя, что жизнь покидает тело, а сил залечит раны нет.
Сквозь стекающую по лицу кровь он увидел, как из кратера появилась фигура, всё ещё объятая пламенем. Он смутно различал пять обугленных трупов, вмурованных в оплавленный камень. Мужчина кашлянул, и кровь хлынула ему на грудь. Он попытался исцелить себя, но почувствовал, что не в состоянии контролировать способности.
Мужчина поднял глаза, когда чей-то силуэт замер возле него, пламя медленно опадало, открывая Тинара, могущественного и страшного.
— Привет, Кирэн, — сказал тот, протягивая руку и поднимая его изломанное тело с земли, — нам нужно потолковать. О многом.
Вардо сидел, заключённый в сферу, раз за разом формируя потоки силы и бросая их на своё узилище. Стены трескались, но пока держались. Вопрос в том, успеет ли он вовремя выбраться? Его тело согнулось и усохло, как у немощного старца, ведь он тратил внутренние силы, разрушая барьер.
Он поморщился, когда волна боли захлестнула его, и он упал на землю, сильно кашляя. И все же, когда он лежал на земле, корчась в агонии, он почувствовал, как что-то в сфере слегка поддалось. Он, кряхтя поднялся на ноги, сосредоточив всю оставшуюся мощь на нужном месте. Громкий треск раздался по всей комнате, и улыбка медленно расползлась по лицу Вардо.
Теперь он был свободен.
Селдар стоял лицом к грандиозной стене, высотой почти в двадцать метров. Позади него замер десяток прихвостней. Зверолюды, что, как и он, смогли сохранить разум, хотя чуждая энергия и исковеркала их тела. За их спинами стояла почти миллионная армия, раскинувшаяся во все стороны, насколько хватало глаз.
Сейчас он слышал голос Повелителя, шепчущий в его голове, после того как доложил о происходящем.
— Стена, говоришь, и ближайшие города заброшены? Нынешняя владычица этого клана мудрее, чем я думал. Это не удержит изменённых, но позволит ей выиграть время, собрать силы.
Оглянувшись через плечо, зверолюд увидел надвигающуюся бурю и почувствовал в ней мощь Ульма.
— Илура, — прошептал он имя ненавистной женщины.
— Да, дочь человека, что помог мне проснуться. Даже жаль убивать такую, едва ли она дастся нам живой и позволит обратить себя, — сказал Повелитель.
— Что прикажете, хозяин? — спросил Селдар, снова уставившись на стену.
— Штурмуйте, чтобы у защитников не осталось сомнений в том, что вы не остановитесь ни перед чем, чтобы пробиться здесь. Остальное оставь мне.
— Как пожелаете, хозяин, — ответил бывший наёмник, раскатистым рыком отдавая сигнал к атаке.
Изменённые несли с собой длинные заострённые бревна и грубо сколоченные лестницы. Иные карабкались по стене, словно пауки. Взгляд зверолюда метнулся к верху стены, где он заметил какое-то движение.
Он не знал, что именно задумал Ульм, но понимал, что не зря здесь нет его заклятого друга Тензина. Повелитель всегда действовал не так, как люди, потому что являлся чудовищем. Он действовал без угрызения совести, никогда не проявляя сочувствия. Даже самый безжалостный из людей мог заколебаться или проявить малейший намёк на человечность. Но не он. Он убивал и жертвовал собственными слугами без оглядки.