Помню, было время, когда я считала себя практически фригидной, была уверена, что мне много не нужно. Один друг сказал, что ему нужен секс каждый день два-три раза минимум. Я подумала, что такого не может быть. Мне бы, наверное, хватило пары раз в неделю. Даже за ночь, я уставала от слишком долгого полового акта, и как бы хорошо не было, мечтала, чтобы партнер поскорее кончил, и можно было со спокойной совестью лечь спать.
Здесь было другое. Мое тело вдруг впервые подумало о себе. Я делала так, как мне будет хорошо. К слову сказать, это положительно работало и на парня. Я кричала, терлась о его бедро, царапалась и кусалась, двигала тазом и просила перерыв, когда уже не было сил.
В перерыве мы ходили в туалет, пили воду, а потом лежали в обнимку и много и долго целовались. Я помню, как оплетала его ногу своей, и мне казалось, что моя нога как змея или лиана, обвивается много-много раз. Хотелось вжаться в его тело так сильно, чтобы слиться в одно существо.
Кстати мы оба не запомнили момент, когда заснули. Помню только, что была в шоке, когда последний раз посмотрела на часы и они показали около 6 утра. Я была уверена, что часа два ночи.
Я рано проснулась, около 10, по будильнику. Мне надо было на экскурсию, а ему на работу. Долго будила, когда он, наконец, проснулся, мы снова начали заниматься сексом. Только кончили, он набросил халат, вышел в коридор, где я услышала, как он с кем-то разговаривает. Сразу поняла, что пришел тот строгий отец. Прикольное чувство в 27 лет сидеть голой в комнате парня, с которым вчера познакомилась и думать, интересно, зашел его батя только что, или ждал, когда сын кончит, чтобы объявить о своем присутствии. Знакомство с родителями не состоялось.
Я проводила его до работы и поехала на экскурсию. Он предложил приехать вечером, я согласилась. От ночи безумного секса, бессонницы и алкоголя мой организм был в ахуе. Я тоже. По-моему, я просто не принимала реальность. В какой-то момент я подумала, что просто ебнулась и сижу в психушке воображая, как приехала в Питер и мне устроил незабываемую ночь самый прекрасный мужчина на свете. Потому что в реальной жизни такого произойти не могло. Рассказ подружкам будет звучать как монолог завравшейся героини-неудачницы из французской комедии. «Да, да, этот парень двухметровый голубоглазый блондин, а еще у него квартира в центре города, еще он накачанный красавчик, спортсмен, читал мне стихи, еще у него огромный член и он трахал меня всю ночь». Звучит, будто я ебанулась.
Кстати, вдруг кому интересно, это была мотоэкскурсия. Очень крутая, мне понравилось, еще буду в Питере – еще возьму.
Знаете, почему-то вторая встреча, после первого свидания, которое закончилось сексом, всегда немного неловкий момент. Вчера вы страстно целовались, сжимали друг друга в объятьях, потели и кончали много часов подряд, а сегодня спрашиваете как самочувствие и неловко идете пить чай. Я испытывала смешанные чувства. Как будто я зря пришла и он сам думает, зачем меня позвал, но выгнать уже неловко. Мы пили чай, сидя по разные стороны стола, вяло беседовали, настроение не очень. Наконец в какой- то момент он пересел ко мне и поцеловал. Все пошло по-новой. Помню, я не могла насытиться сексом, хотела будто сильнее, чем вчера. Я даже не подозревала, что могу столько трахаться и хотеть столько трахаться. Я не уставала, он, к слову, тоже. После оргазма накрывала некоторая усталость, но стоило нам чуть соприкоснуться, поцеловаться и все начиналось заново.
Помню, что надо было сходить в магазин. Отвлекшись на секс, мы перенесли этот момент несколько раз. Потом, «все, надо сходить, вот сейчас точно оденемся, пойдем и потом продолжим». Он первый начал вставать, полез через меня. Я не выдержала, поцеловала и мы снова потрахались. Спустя какое-то время со словами «да блять сколько уже можно ебаться, пошли», оделись.
Когда выходили из подъезда, я на несколько секунд замешкалась, ища в темноте кнопку домофона. Он подошел, прижался сзади, поцеловал в шею и желание мгновенно вспыхнуло. Я выгнулась назад навстречу его телу и поняла, что снова хочу, прямо здесь и сейчас, прямо у этой двери. Хз, как мы остановились и все-таки вышли.
Утром, точнее ближе к обеду, снова вернулось то странное состояние отчужденности. Мы лежали, и я понимала, что надо идти к себе. Когда он провожал меня, спросил: «Ну что, все?». Я ответила: «Что всё?». Ушла типо гордо и независимо, думала, что он еще напишет, до поезда домой еще около суток. Не написал.
Утром, в день отъезда я решила прогуляться напоследок. Прошла минут десять и неожиданно пошел ливень. Первый раз за мое пребывание в Питере. Такой внезапный и мощный, до костей. Я переждала его в кафе, за вкуснейшей шавермой.