— И да, и нет, — честно ответила я, зная, что Жу продолжит расспросы. Так было с Кенджу. Про «большой южный город» девочке хотелось знать все-все, что только я могла вспомнить. Удивительно, что Яозу рассказал ей обо мне только теперь. Или, возможно, он обмолвился и раньше, но девочка боялась спросить?
— А почему «и да, и нет»? — наклонив голову к плечу, завороженно уточнила малышка.
— Потому что я Хадже, но у меня плохо получается пользоваться даром огненных. — Я пожала плечами и вновь перевела взгляд на реку.
— А я никогда не видела Хадже, — призналась Жу. — Сюда только драконы приходят.
— Часто? — уточнила я.
Жу помотала головой:
— Не очень. Взрослые говорят, что иногда Хадже здесь появляются. Не знаю… Ган Ён я вижу чаще! Месяц назад был один дракон, потом… Дней десять назад. И вчера, пока ты спала.
Малышка улыбнулась и дернула пучок травы и сунула пару травинок в рот.
— Голодная? — спросила я осторожно.
Малышка вздохнула, но очень серьезно покачала головой:
— Яозуши сказал, что я уже взрослая и должна справляться.
Я ободряюще улыбнулась девочке и ответила:
— Все будет хорошо. Мы соберем травы и поймаем рыбы, а потом вдоволь наедимся дома.
— Ох, сестрица, я бы очень этого хотела… — простонала Жу и виновато добавила: — Я помню наказ дядюшки, но это так сложно. А ты… Ты ведь старше меня, и тебе нужно больше еды, но… Как ты справляешься? Я видела в деревне тетушку Чуньшен, она всегда ела вдоволь риса, но теперь она зла на всех и вечно ворчит.
— Так бывает, Жу. — Я ободряюще потрепала малышку по плечу. — Некоторым взрослым сложно контролировать себя и не показывать, как они переживают. А голод лишь усугубляет все.
— Я слышала… — Девочка нахмурилась, но продолжила: — Я слышала, что эту зиму деревня может не пережить.
— Жу, — немного подумав, сказала я, — все будет хорошо. Голод не грозит нам всем. Да, риса в деревне не осталось, весь скот увели солдаты с северных равнин, но рядом река Туманган, она не оставит нас.
Малышка вздохнула и улыбнулась:
— А как ты справляешься? Яозуши говорит, что ты «хоть и тощая, как нитка, но крепче самой толстой сосны».
Я расхохоталась над тем, как Жу попробовала скопировать низкий голос и интонацию ачжосси, а потом призналась:
— Жу, я справляюсь, но не потому что похожа на сосну, а потому что я лишь тонкая ветка в чистом поле на ветру. Ветер гнет ветку, оставляет на ней свои шрамы, солнце высушивает кору, а дождь влагой лишь немного остужает землю вокруг. Я не справляюсь, а просто прогибаюсь под действием ветра, чтобы не сломаться. Рабство приучает терпеть. Только тот, кто готов выносить и принимать все удары безропотно, может как-то выжить. Я привыкла к голоду, привыкла к холоду. И привыкла терпеть.
— Ты сильная! — уверенно заявила Жу.
— Отчего же? — удивленно спросила я.
— Мама… — Девочка на миг сникла, нахохлилась, а потом начала сначала: — Мама всегда говорила, что терпеливый пересидит наглого.
— Думаешь? — Я усмехнулась. — Может, так и есть. Знаешь, есть одна старая-старая история про мудреца и его ученика. Однажды мудрец позвал своего ученика к реке и спросил его, сильно ли тот желает познать мудрость, сильно ли его желание достичь своей цели. И когда ученик подтвердил это, учитель окунул его голову в речной поток и держал. Ученик вырывался, боролся, сражаясь за свою жизнь. И наконец вырвался. И мудрец сказал ему, чтобы тот запомнил то желание жить, что возникло у ученика, пока он не мог дышать. Желание достичь своей цели должно быть столь же сильным. — Я замолчала на секунду, а потом добавила, посмеиваясь над собой: — А я же… Кажется, самая важная моя цель сейчас — жизнь. Я просто хочу жить. Поэтому терплю удары судьбы.
Жу подползла ближе и положила голову мне на колени, пристально глядя в глаза:
— Да, но что-то тебя тревожит…
Потрепав девочку по волосам, я честно ответила:
— Да. Есть один человек, судьба которого меня тревожит, хотя и не должна. Когда я видела его в последний раз, он был ранен.
— Его знает господин Ким Дже Су? — неожиданно спросила малышка.
— Да… — опешив, пробормотала я. — Как ты догадалась?
— Этот человек из клана Ган Ён приходил вчера, — ответила девочка. — Я ведь уже говорила… Ты спала в это время. А я как раз относила Яозуши одеяло, раз маме оно все равно уже не понадобится…
— Ким Дже Су что-то говорил ачжосси? — не чувствуя собственного тела, спросила я.
— Да, он рассказывал про своего брата, но я услышала совсем мало… — Жу понуро опустила голову. — Но ты обязательно спроси Яозуши!