Я смотрел на этот рисунок и название само собой пришло на ум – Чёрное Солнце. И Чёрный Свет, испускаемый им.
Это был самый проработанный, самый подробный рисунок из всех. Я смотрел на него и создавалось ощущение, что эти сотни глаз были живыми, что они смотрят на меня, а щупальца шевелятся и изгибаются, пока Чёрный Свет изливается по округе. Словно микроскопически малая частица Его нашла через этот рисунок мельчайших проход в этот мир. Не достаточный, чтобы повлиять, но достаточный, чтобы наблюдать за ним, пусть и только из этого места.
Я начал понимать, что произошло. Понимать, связывать вместе произошедшие события и понимать, откуда все началось.
Кровная связь. Она сказывалось и имела влияние. Он, буквально, начал воспринимать мои образы и мысли, сам не понимая, что это такое, считая их просто снами. И постепенно, если судить по тому, что от зрительный образов он стал переходить к образам воображаемый или абстрактные, со временем эта связь становилась все крепче, а образы становились все точнее, менее связанные с реальной информацией, поступающие из окружающего мира, все больше переходя на какой-то более глубокий уровень, уровень абстракций, воображаемых образов, субъективной информации.
И по сей день самым ярким моим образом в голове являлся образ Его. Он отпечатался так глубоко в моем сознании, был столь чётким и точным, что я просто не мог забыть его, как бы не хотел, словно отпечаток этот был выжжен на самой моей душе. Я не перестаю ощущать на себе внимание этого существа… или этой сущности, чем бы Оно не являлось. И часть этого образа была воплощена в виде рисунка.
Чувство взгляда через рисунок не было иллюзий, не было самовнушением – я слишком долго ощущал на себе внимание этого существа, и если раньше ощущал взгляды, словно бы идущие отовсюду, но не имеющие реального источника, то теперь я ощущал ещё и четкий, более реальный взгляд Этого существа.
-Вей, - очнулся я от взгляда на рисунок, когда братишка начал толкать я руками в мою голову, - Братик, ты уснул?
-Прости, я засмотрелся… долго я так? – с улыбкой посмотрел я на Минга.
-Уже почти два цикла… - задумавшись, сказал он, сверившись со своими биологическим часами.
-Ладно, идём домой, - сказал я ему и, развернувшись, понёс брата на выход из убежища.
Разве что небольшой импульс Жизненной Силы и торг я от меня, тут же начав реконструкцию материи, отчего уже через секунду последний рисунок оплыл и изменился, став рисунком настоящего Солнца. Глаза превратились в солнечные пятна, а извивающиеся щупальца стали выброса и плазмы. Для других эти изменения едва ли заметны, но этого было достаточно, чтобы пропало ощущение направленной взгляда Этого существа.
Однако не успел я выйти из убежища, как ощутил, что взгляд вернулся. А оглянувшись, увидел, что рисунок, сам собой, вернулся в первоначальное состояние, оставшись неизменным.
-Стоило ожидать… - со вздохом сказал я.
-Что ожидать? – спросил Минг.
-Того, что ты добился большого прогресса в своих тренировках, я ведь ощущаю, что ты добился успехов в Практики! Самостоятельно!
-Правда!? – удивился парень.
-А то! Думаешь, твой брат будет тебе говорить такое просто так? – скептически посмотрел я на младшего брата.
И слова мои не были пустышкой. Я действительно ощущал давление, слабое, едва заметное давление Духовной Энергии, непроизвольно создаваемое Фа Мингом. Оно было слишком слабым, чтобы обычные люди ощутили его влияние на себе, и слишком слабо заметным, чтобы практик, испускающий его, почувствовал его и взял под контроль.
Такое слабое давление говорит о том, что человек уже начал практику, но ещё не прошёл даже Этапа Костей. И тем не менее, то, что брат смог добить такого, говорит о том, что у него есть большие перспективы в практике!
Единственное, что вызывает вопрос – как такое произошло? При моем прошлом посещении семьи, Фа Минг не проявлял такого таланта, а тут…
Дома никого не было. Как сказал Фа Минг, они сейчас работают, так что он тут один, как и остальные более-менее взрослые дети(насколько взрослым может быть четырёх-шести летний ребёнок), за которыми присматривали несколько стариков и старух нашей деревни. В основном, чтобы они за пределы деревни не ушли.