— Может, ляжешь пораньше? — ко мне со спины неслышно приблизился Ян, пока я рассматривала новую для меня природу гор и любовалась лучами заходящего солнца, окрашивающими вечные льды пиков в розоватый цвет.
— Я как-то не устала, — повернувшись спиной к окну, я прислонилась поясницей к подоконнику, — если хочешь, ложись сейчас, а я потом.
— Ну да, конечно, — проворчал осунувшийся дракон, — будто мне легко заснуть без тебя.
Улыбнувшись, я крепко обняла его за талию, прижимаясь щекой к жесткой груди.
— Ллуд, кстати, сказал, что ты и есть мой Хранитель, — вспомнила я, — почему ты тогда соврал?
— Я не соврал, а недоговорил, — поправил меня оскорбленно вздернувший нос ящер, — потому что не хотел тебя заставлять.
— Да, я заметила, ты это любишь, — прыснула я, имея в виду наши с ним мучения, когда оба не хотели признаваться в своих чувствах.
— А ну иди сюда, несносная женщина! — прорычал Ян, падая вместе со мной на широкую постель.
Я хохотала, изворачиваясь, но стало не до смеха, когда теплая тяжелая туша навалилась сверху. Веса я почти не ощущала, мужчина ловко удерживался на локте, но сам факт того, что он так близко, стискивал грудь будто обручем, не давая вдохнуть. Очень, очень странное выражение его лица и лихорадочно блестящие глаза не внушали доверия, а когда длинные пальцы скользнули по животу возмутительно низко, я уперлась ладонями в широкие плечи. Отталкивать было бесполезно — Ян склонился, целуя меня куда-то в шею, но руку куда целомудреннее положил на изгиб талии.
— Tio lior ait, — выдохнул дракон, но слово “люблю” звучало подозрительно похоже на “обладаю”, — ait ira tior, tio vaior katertor ait, tior miay…
Мои познания в драконьей речи были достаточно широки, да и эти слова я слышала уже раньше, только не в такой категоричной форме. И задыхающийся шепот пугал меня, напоминая о бесконечной жадности обладателя баритона.
Меня, не столько принимавшую ласки, сколько замершую, как испуганный кролик, спас стук в дверь. Сопротивление, которое я могла оказать, было ничтожным, а кто его знает, на что способен Ян, у него уже были такие… Приступы собственничества.
Его куда-то позвали, а я сидела на кровати и, теребя кончик косы, думала о том, что мне придется привыкнуть считать себя собственностью. Он не будет ни с кем делиться, я видела по взгляду — ревнует даже к братьям, к рануру, к Зайке. Повезло еще, что только мысленно ревнует. Я всегда считала, что у него есть здравый смысл, но эти слова… “Ты только моя, я тебя никому не отдам” — и мне становится страшновато за будущее. Последние два слова точного перевода не имеют и применяются только к женщине, которую любит бездушный, алчный ящер — примерно “мое самое главное сокровище”.
Я люблю его. Он, совершенно точно, любит меня. Но иногда, кажется, переходит границы. Или, может, просто я не привыкла быть кому-то настолько нужной. И Ян прав, если я решу, что хочу быть его Хранимой, мне окончательно и бесповоротно придется это принять.
На целую вечность.
========== Первый день зимы ==========
Как бы Дильмонтеру ни хотелось, лишить меня титула у него права все же не было. Он обещал это сделать, если я покину территорию Академии, но я ведь сделала это не по своей воле, так что по мне претензий быть не могло. Прилетев с Яном туда, где и должна находиться весь учебный год, я натолкнулась на такое количество вопросов, что всерьез подумывала слинять обратно в гости к Ллуду. Даже преподаватели пытались приставать с расспросами, что меня невероятно злило. К счастью, Римар и близнецы ни словом не обмолвились, только первые пару дней косились с любопытством.
Я старательно держала себя в руках, прилежно занималась, в свободное время старалась как можно больше читать или повторять. Это помогало убить время, да и экзамены в конце весны никто не отменял.
— Ты ведь помнишь про прием, Ая? — как-то вечером рассеянно спросил ящер, развалившийся на моей кровати с кучей свитков.
— Какой еще прием? — погрузившись с головой в изучение очередной главы учебника, лежащего передо мной на столе, я практически не обратила внимания на его вопрос, ответив непроизвольно и не задумываясь.
— В честь наступления нового года, разумеется, — я резко выпрямилась. Точно. Он же говорил еще тогда, на том приеме! Пара декад всего осталось! — забыла, да?
— Ну конечно! — застонала я, бессильно уронив голову на книгу.
Это снова волноваться, держать спину, танцевать, да? И гораздо дольше, чем в прошлый раз. Я умру!
— Ну что ты заранее паникуешь? — мягко спросил Ян, наклоняясь надо мной и касаясь губами моей шеи. — Я буду рядом, этикет ты знаешь. Все будет хорошо, я обещаю. В этот раз даже платье будет какое ты хочешь.
— Никакое не хочу! — буркнула я, вздохнула и выпрямилась.
— Уж прости, на прием я тебя в штанах не пущу, — тихонько рассмеялся дракон, заставляя меня встать и крепко прижимая к груди, — это всего один вечер, мое сокровище, только один.
— Да, знаю, — улыбнувшись, я снова вздохнула.
Все будет хорошо, сомнений нет. Лорд не позволит никому испортить мероприятие, даже мне.
Спустя пару дней я, как член королевской семьи, получила официальное приглашение. Права игнорировать его у меня не было, так что это был еще один обоснованный и безопасный повод покинуть стены Академии. Честно, уж лучше бы я тут осталась!
Ящер метался между своим замком и моей комнатой, изнуряя себя частой телепортацией. Занимаясь организацией приема, будущий посол большую часть времени проводил в горах, я видела его только на уроках драконьего этикета и ночью, когда он, измученный, мгновенно засыпал рядом, успев только что-нибудь пробормотать невнятное.
По мере приближения даты приема я нервничала все больше. Ночевать Ян приходил уже через раз, он заметно осунулся, но держался неплохо. Даже находил по вечерам время показывать мне иллюзии платьев, чтобы я могла выбрать, но все они мне не нравились. Они были красивые, изысканные, но на мне не смотрелись совершенно, дракон это тоже видел. Ему-то проще, в черное оделся и пошел…
Проворочавшись полночи, я отчаялась заснуть и снова села за книги. Яна не было уже вторую ночь, сон не шел, да и волнение с каждым днем нарастало — до приема всего три дня. Другие королевские отпрыски уже находились на полпути к владениям Лорда, потому что эксклюзивный летающий транспорт есть только у меня. Без нападок Мурии было так тихо и спокойно, что я боялась даже подумать о ее возвращении.
С тоской вздохнув, я откинулась на спинку стула. К Зайке или братьям сейчас не пойти — комендантский час, как-никак. Ранур дрыхнет без задних лапок, линад спит в комнате Яна. Скорее бы уже прошел этот прием, не могу уже так подолгу без него!
— Ая? — хрипловато и очень удивленно произнес Ян.
Он вернулся! А чего посреди ночи?
Распахнув глаза, я увидела освещенный только камином и настольным светильником кабинет ящера. Этот самый ящер сидел за своим столом и рассматривал меня, оторвавшись от вороха бумаг.
— Ян? — жалобно проскулила я, вцепляясь в подлокотники кресла.
Как я тут очутилась вообще? Или это сон? Не очень-то похоже. И как же это может плохо закончиться, если Дильмонтер узнает…
— Спокойно, — пробормотал брюнет, торопливо что-то выводя пером на клочке пергамента, — думай обо мне, — я послушно старалась думать о том, как скучала по нему, как люблю его, даже зажмурилась от усердия. Мне в руку всунули, видимо, тот самый клочок, — все, теперь все хорошо, — открыв глаза, я тут же снова их закрыла, отвечая на поцелуй, — эта руна не позволит тебе спонтанно телепортироваться.
— Телепортироваться? — восхищенно повторила я.
Этим искусством могли овладеть единицы! Сильнейшие маги!
— Именно, — вздохнув, Ян присел на подлокотник, — я, конечно, рад тому, что ты у меня такая одаренная, но вот Римар теперь за тобой не угонится, — фыркнув, я прислонилась плечом к его бедру, чувствуя, как слипаются глаза и тяжелеют конечности, — тебе нужно отдохнуть, а утром я телепортирую тебя обратно.