Однако на этом моменте все недоразумения исчерпаны не были. Правда теперь дело касалось иерархии и этикета в обществе звероморфов. А если конкретнее, то вся проблема заключалась в рогах.
У гостей-звероморфов эти рога были высокими и ветвистыми. А рога Гейдо срубила великанша в пылу поединка. Специально она это сделала или же нет, но рога на голове Гейдо не отрасли за день. Стало быть, Гейдо был «безрогим», и потому он был обязан в ножки поклониться своим живым и рогатым соплеменникам. Но Гейдо кланяться не желал! Возникла заминка.
— Кхм, — так и не дождавшись поклона от Гейдо, глава делегации звероморфов демонстративно отвернулся от этого безрогого наглеца и представился Ивану Савельевичу. — Меня зовут Ског (Лес). Я главный шаман племени «Ледяной реки».
Кажется, что теперь пришла пора Ивану Савельевичу представиться как-то «красиво».
— Иван Савельевич, безработный.
Чуть в стороне послышался смешок ящера-жреца, а Лири тут же возмущённо всплеснула руками и вместе с «безумной Иэн» взялась пиарить пенсионера. Однако шутка Ивана Савельевича всё же возымела свой эффект, и напряжение, которое возникло при встрече, стало постепенно сходить на «нет».
В ходе знакомства с соплеменниками Гейдо выяснилось, что это племя живёт на дне огромного кратера. Хотя, этот кратер больше похож на огромную воронку в земле. По дну этого кратера протекает река, которую питают воды тающих ледников. Река начинается с бушующего водопада и исчезает в недрах глубокой пещеры. И именно с этой рекой связана основная проблема маленького племени.
В начале лета вода в этой ледяной реке чиста, как слеза. Но концу лета эта же вода превращается в ядовитую жижу (поэтому рыба в этой реке никогда не водилась). Мало того, зимой река полностью замерзает и племени Гейдо приходится выбираться из кратера, дабы наполнить бочки снегом. А каждая вылазка во внешний мир — это риск повстречаться с опаснейшими монстрами.
В связи этим и возникла первая проблема…
Тут перед Иваном Савельевичем поставили бочку ужасно вонючей воды. И шаман Ског стукнул по этой бочке пару раз кулаком. Повинуясь приказу, из бочки вынырнула девочка с рыбьим хвостом, которая испуганно посмотрела на пенсионера.
— Девочка у нас поселилась в прошлом году, — начал объяснять шаман, пока Иван Савельевич разглядывал русалку. — Её родители жили на одном из таких же участков, как ваш. В горном озере. Что произошло на их участке, я понял не до конца, но её родители пытались убежать зимой, скользя по речному льду. Такое путешествие закончилась для них благополучно лишь потому, что к ним на помощь успел подойти наш отряд, отправленный за снегом. Однако отец девочки умер почти сразу же от ран, которые он получил, сражаясь с монстрами. Мать девочки весьма долго и тяжело болела, и окончательно её сгубили отравленные воды нашей реки. Что же до девочки, то мы хотели отдать её древню. Но вначале у него не было подходящего озера, а потом…
Замолчав, шаман красноречиво покосился на Гейдо, который стал «вечным» напоминанием о трагедии, произошедшей в лесу древня (речь, конечно же, шла о грибных спорах, которые погубили всё живое в том лесу).
— Летом того же года мы отправили экспедицию вверх по «Ледяной реке», в попытке выяснить, что же произошло на том озере, — продолжил свой рассказ шаман. — Но наш отряд, пройдя немного вверх по течению, наткнулся на магическую стену, за которой была лишь кромешная тьма.
На этом моменте шаман закончил свой рассказ, наполненный трагедиями и тайнами, позволив Ивану Савельевичу самому решать, что делать с ребёнком.
— Лири, пусть дриады выпустят девочку в озеро. Гейдо, помоги им, если потребуется. А воду из бочки вылейте за пределы участка. Да и саму бочку в печке сожгите. Незачем этой гадости здесь вонять!
44. Беспрерывная череда переговоров
Благородный поступок Ивана Савельевича без награды не остался. Стоило только русалке оказаться в маленьком озерце, как коэффициент редкости «живой воды» (или коэффициент редкости сердца участка) тут же был повышен на 0,3. Теперь он равен 0,7. А ещё интересен тот факт, что русалку Система оценила выше, чем хищного цветка Итиса (его оценка была равна 0,2).