— Ты принимаешь какие-либо противозачаточные средства? — спросил он.
— Да… таблетки. Это не сексуально, но я должна спросить... Когда в последний раз ты проверялся на ЗППП?
— Я сдаю анализы каждые три месяца. Это было частью требований к моему испытательному сроку, включая тестирование на наркотики, поэтому я продолжаю делать это по привычке. — он пожал плечами. — Сдавал анализы в тюрьме, сдавал их, когда вышел. У меня ничего нет, и я годами не занимался незащищенным сексом. В прошлом я обычно регулярно пользовался презервативами, если только это не был кто-то, с кем я состоял в отношениях. Ты?
— У меня давно не было секса, но когда он был, я сдавала анализы каждые полгода или около того… Я чиста.
Скользнув обратно на кровать, он притянул ее к себе за лодыжки, закинув ее ноги себе на плечи. Когда он нырнул, чтобы поцеловать улыбку между ее бедер, она, извиваясь, попыталась уклониться.
— Эм-м, Хантер… — слегка нахмурившись, она покачала головой. — Я не люблю, когда меня едят.
Обхватив ее задницу, он посмотрел на нее прищуренными глазами.
— Просто твою киску никогда раньше не ел я…
— Это не имеет значения. Я пробовала несколько раз с разными мужчинами. Все время одно и то же... Мне это просто не нравится.
— Ты еще не знаешь, что тебе это нравится, потому что этого с тобой не делал я. Говорю тебе, на этот раз все будет по-другому.
— Сомневаюсь. Однажды... неважно. Давай просто не будем этого делать.
Он встал на колени и посмотрел на нее.
— Но мне нравится это. Я знаю, что делаю. Мне это нужно, Нита... Я хочу попробовать тебя, — он понял, что у леди был какой-то негативный опыт, который навсегда изменил ее взгляд на это.
Хантер гордился своими навыками поедания киски. Он не только был исключительным в этом, но это так его возбуждало, что секс не казался бы законченным, если бы она не дала ему шанс. — Я тебе вот что скажу: просто позволь мне сделать это минутку и, если тебе не понравится, я остановлюсь.
Она колебалась мгновение, а затем кивнула в знак согласия. Он опустился на живот и поднес к себе ее киску так, как если бы она была на блюде, заставляя Ниту выгнуться. Ее широкие мягкие бедра раскрылись вокруг его головы, словно лепестки.
— Первое, что я хочу, чтобы ты сделала, это смотрела, как я тебя ем. Не отводи от меня глаз, пока я тебе не скажу, — ее мышцы напряглись, когда она посмотрела на него сверху вниз. Встретившись с ней взглядом, он нежно подул на ее киску и, положив ее на кровать, одной рукой взял ее за руку и переплел их пальцы, а двумя пальцами свободной руки раскрыл ее влажные лепестки.
Он дразнил языком ее клитор, прежде чем провести им по ее нежной розовой плоти. Ее лоб наморщился, а брови нахмурились, когда она сжимала простыни в кулаке. Он облизывал ее снова и снова, набирая скорость и задевая ее набухший от желания, выступающий из-под капюшона клитор. Ее киска начала изливаться прямо у него на глазах, превращаясь в мокрый красивый беспорядок. Нита застонала, ее стон был пронзительным и сексуальным.
— Ты чертовски хороша на вкус, детка. Очевидно, кто-то не знал, как правильно есть твою киску, оставив тебе неприятные воспоминания, — он улыбнулся ей блестящими от ее соков губами, его борода насквозь промокла. Крепко схватив ее за бедра, он начал водить языком вверх и вниз по ее киске быстрыми, давящими движениями, заставляя ее оставаться неподвижной, пока вылизывал ее досуха.
— Вот черт! Черт! — она начала раскачиваться и тереться о его лицо, ее бедра вращались. Она явно хотела большего от этих оральных ласк.
— Тебе нравится то, что ты сейчас чувствуешь, не так ли, детка?
— Черт! Да! — она раскачивалась взад и вперед все сильнее, ее тело требовало, чтобы он продолжал. Ее влага стекала вниз между ее ягодицами, оставляя блестящий след.
— Я собираюсь есть эту киску, как гребаное животное. Ты права. Ты не должна была перезванивать мне... Потому что я, нахрен, кусаюсь.
— О-о-о, че-е-ерт! — простонала она.
Впившись пальцами в плоть ее внутренней стороны бедер, он прижал ее ноги вниз, наслаждаясь ее сладостью и стонами удовольствия, занимаясь с ней любовью. Его сердце заколотилось как безумное, когда она, вздрогнув, еще сильнее вцепилась в простыни. Его стоны смешались с ее стонами, потому что он наслаждался всем в этой соблазнительной женщине...
— Ты потрясающая… естественная… женственная… солоноватая… и такая невероятно сладкая… — обхватив ее за талию, он стал жестко втягивать ее клитор в свой рот, а затем отпускать снова и снова. Пальцы на ее ногах поджались, затем в какой-то момент, потянувшись вперед, он сжал ее грудь, а затем снова схватил ее за талию, удерживая на месте, пока пировал. Слюна соединилась с соком киски, и его член задергался в предвкушении, пока он наслаждался ее реакцией. Ему нравилось делать ей приятно...
— М-м-м! О, Боже! Не останавливайся, Хантер... пожалуйста, не останавливайся! — простонала она, извиваясь всем телом. Смочив два пальца, он начал вводить их в нее внутрь и наружу, вызывая хлюпающий звук, продолжая при этом быстро кружить языком по ее клитору. — Черт! Я... О, Боже!
Он не сводил с нее глаз, наслаждаясь тем, как закатываются ее глаза, и она вскрикивает от удовольствия. Он толкался в нее пальцами все сильнее, влажный хлюпающий звук наполнил комнату. Покачивая головой из стороны в сторону, когда сосал ее клитор, Хантер, член которого теперь пульсировал, застонал. Кровать начала ходить ходуном под их извивающимися телами.
Бедра Ниты приподнялись над кроватью, она сильно затряслась и кончила судорожными, спазматическими движениями. Когда ее крики становились все громче, он, продолжая держать пальцы внутри нее, пополз вверх по ее телу и нежно прижал ладонь к ее рту, подавляя ее громкие стоны, которые могли разбудить девочек. Соскользнув с нее в сторону, он обхватил ладонью ее киску, позволяя Ните тереться и давить на нее, выдаивая свой оргазм до остатка. Когда она лежала, тяжело дыша, с раскинутыми ногами и блестящей киской, Хантер потянулся за презервативом и натянул его на свой ноющий член. Легкий пот выступил у нее на лбу, словно диадема из прозрачных драгоценных камней. Закрыв глаза, Нита тяжело дышала и качала головой, словно в бреду. На ее губах играла улыбка, и он тихо рассмеялся, заняв положение между ее мягкими длинными ногами, одну из которых он положил себе на плечо.
— Хорошо, я беру свои слова назад. Я беру все… назад. Ты... ты делаешь это хорошо. Блин, ты умеешь поедать киску! — Нита тяжело дышала, с трудом выговаривая слова. — Боже мой.
Поглаживая ее ногу, он поцеловал ее в губы, затем в щеку, подбородок и шею.
— Твое тело чертовски красиво. Спасибо, что позволила мне его уничтожить. Я собираюсь разорвать твою киску, детка… — сладко прошептал он. Протянув руку между их телами, он схватил свой член, и она лениво улыбнулась ему, словно у нее не было сил отвечать. — Ты должна серьезно отнестись к тому, что я только что сказал. Это не шутка.
— Черт! — она крепко обняла его за шею, когда он глубоко вошел в нее. Никакого предупреждения, никакого медленного скольжения. Он хотел ее всю… прямо сейчас, без вопросов. Его челюсть сжалась, и он крепко зажмурил глаза, не двигаясь… просто оставаясь на месте, наслаждаясь тем, как она чувствовалась.
— Так туго, Нита… так влажно… черт… — положив руку ей на макушку он, удерживая ее на месте, стал подаваться бедрами вперед и назад, проникая в нее резкими мощными толчками. Она вскрикнула, уткнувшись головой ему в плечо. И он трахнул ее со всей душой. Нита так сильно вцепилась в край кровати, что простыня на резинке слезла и скатилась к их телам. Изголовье ударилось о стену, когда его ворчание и ее крики экстаза слились воедино.
— О, Боже! — она быстро моргнула, а затем закрыла глаза, когда кровать под ними стала ходить ходуном. Потянувшись рукой между ними, он погладил большим пальцем ее набухший клитор.
— Этого ты хочешь, Джей-Джей?
— Да! — ответила она, и ее голос дрожал от его сильных толчков, сотрясающих ее тело.
— Тебе нужен этот большой грубый член, не так ли?! Тебе нужно, чтобы я трахал тебя еще сильнее, не так ли?!
— Да! — он вышел из нее и в мгновение ока поставил ее на колени. — О, нет… черт! ЧЕРТ! Детка!
Теперь, стоя позади нее, Хантер впился взглядом в ее пышную, мягкую, великолепную задницу, врезаясь в нее снова и снова, его яйца хлопали по ее мокрой киске. Он трахал ее так сильно и быстро, что ее тело под ним потеряло четкие очертания. Пот стекал с него ручьями. Он таранил ее, держась за бедра и глубоко погружаясь так глубоко, что касался ее матки. Она кричала и стонала, и Хантер, быстро протянув руку вперед, зажал ей рот, когда Нита распалась на части. Ее стоны угрожали просочиться сквозь стены, когда она внезапно кончила, и влага потекла по внутренней стороне ее бедер, словно струйки дождя по стеклу.