Выражение его лица оставалось пустым, затем он стал задумчивым, закусив нижнюю губу.
— Я вернусь к Ною вечером. Я хотел, чтобы Олив провела с ним больше времени — у нее не было такой возможности раньше, — он говорил так спокойно, что это напугало ее. — Я в порядке. Теперь, что касается поездки со мной, нет проблем, но ты не нужна мне на водительском месте.
Она промолчала, вдохнув двойной смысл его слов, словно выхлопные газы.
Не теряя ни секунды, Нита распахнула дверь со стороны пассажира и скользнула внутрь. Он потянулся к своей стереосистеме, и «Real With This» группы «Дейтон Фемили» практически заставили ее уши кровоточить. Хантер любил рэп-группу, родившуюся и выросшую в Мичигане, часто слушая их музыку и почти на целый день включая стереосистему в машине, усиливающую его любимые песни. Он, должно быть, слушал эту песню миллион раз.
Нита не сводила глаз с дороги, пока он, качая головой в такт песни, плавно ехал по улицам, откинувшись на спинку сиденья. Он не курил, не газовал, не лихачил. Она практически ощущала его ненависть, ярость и печаль, но в данный момент он держал все это под замком. Затем зазвучала «Flint Town» той же группы. Она узнавала песни, потому что часто слышала их, будучи молодой бунтаркой.
Когда они прибыли в его многоквартирный дом, солнце уже село. Идя к дому позади него, Нита достала телефон и позвонила дочери.
— Привет, мама…
По голосу Тиши она поняла, что девочка плакала.
— Привет, детка. Я так понимаю, что ты получила мое сообщение?
— Да… — всхлипывает она.
— У меня для тебя есть кое-что в холодильнике. Олив приедет чуть позже, но в любом случае ты должна остаться дома, поесть и сделать уроки.
— Да, мэм.
— Я знаю, что ты переживаешь за нее. Все будет хорошо. Я позвоню тебе, когда буду возвращаться домой, хорошо?
— Хорошо.
— Тебя кто-нибудь подбросит домой с баскетбольной тренировки или мне приехать за тобой?
— Нет, не нужно. Меня подбросит Рашида. Я люблю тебя, мам.
— Я тоже люблю тебя, детка.
Она завершила звонок, и когда они вошли в здание, сразу же почувствовала запах травки и услышала приглушенные звуки телевизора из соседней квартиры. Звон ключей Хантера вернул Ниту к реальности, и она вошла в квартиру позади него. Он включил свет в гостиной.
— Знаешь, я никогда не была в твоей квартире, — усмехнулась она. — До сегодняшнего дня я даже не задумывалась об этом. В последнее время ты либо на работе, либо у меня дома, — она пожала плечами.
Заперев дверь на замок, он накинул дверную цепочку.
— Я говорил тебе, что у меня в квартире беспорядок из-за кучи коробок Ноя,— бросив ключи на черный обеденный гарнитур, он снял пальто. — Я не хотел, чтобы тебе приходилось спотыкаться обо все это, но мы занялись твоей крышей, поэтому на прошлой неделе у меня не было возможности привести тебя сюда, когда я, наконец, навел здесь порядок. Я буду через минуту. Устраивайся поудобнее, — он указал на черный кожаный диван.
Квартира была небольшая, но полная хорошей, качественной мебели. Некоторая из них казалась не совсем в его стиле, но затем она вспомнила слова Хантера о том, что большую часть из них он взял из хранилища Ноя. Сев на диван, она слышала, как он ходит по своей спальне.
Она вздрогнула, когда он включил какую-то оглушительную музыку: «Thuggish Ruggish Bone» группы «Бон Тагс’н Хармони». Улыбнувшись, она покачала головой в такт музыке.
Нита не слышала эту песню целую вечность. Она встала и начала пританцовывать, щелкая пальцами, возвращаясь мысленно в юность. Хантер вошел в комнату в одних боксерах.
— Я собираюсь запрыгнуть в душ, — сказал он, указав в сторону короткого коридора, который вел в его спальню.
— Хорошо, — ответила она, продолжая танцевать, кружиться, покачивать бедрами и подпевать. Когда она снова повернулась, он все еще стоял в дверном проеме, на этот раз без боксеров, сжимая их в руке.
— Я сказал, что собираюсь запрыгнуть в душ, — крикнул он сквозь громкую музыку.
— Я знаю, я слышала тебя.
Он подошел к ней, выглядя раздраженным, схватил ее за запястье и практически потащил за собой по коридору. Оказавшись в его спальне, Нита увидела красивую кровать с черным стеганым изголовьем, занимавшим большую часть пространства. На боковой стене висела огромная картина, на которой был изображен бильярдный стол, вокруг которого разместились игроки-собаки. Она рассмеялась. Хантер возился со своей стереосистемой, пока из динамиков не заиграла песня «ЛавРенса» «UP!» в исполнении Фифти Сента.
— Ты что-то там говорил обо мне и моей старой музыке, — улыбаясь, сказала она. — А сам любишь песни десяти-двадцатилетней давности.
Регулируя звук, он взглянул на нее из-за плеча. Ее киска запульсировала при виде напрягающихся мышц его задницы. Ямочки на его ягодицах заставили ее задрожать, когда он покачивался взад-вперед в ритме песни. Песня резко оборвалась, и из больших динамиков в углах его спальни зазвучала «Swimming Pools» Кендрика Ламара. Он повернулся к ней, покачиваясь в такт музыке. Сукин сын имел чувство ритма. Но, конечно, учитывая виртуозность, с которой он занимался любовью, в этом не было ничего удивительного.
— Почему ты все еще одета? — спросил он.
— Потому что, мне казалось, ты хочешь притормозить.
— Нет. Я просто хочу почувствовать себя лучше.
Подойдя к ней ближе, он обнял ее за талию и притянул к себе для поцелуя. Его поцелуй был мягким, нежным, любящим… но недолгим. Сердце Ниты заколотилось, когда она почувствовала, как он с грубой потребностью дергает ее брюки, в его движениях чувствовалась ярость. Она вздрогнула, когда он отпустил их, словно расстроившись, а затем засунул свою большую руку ей под рубашку и накрыл ладонью ее грудь.
— Что ты делаешь?
Он так стремительно прижал ее к стене, словно вел бой не на жизнь, а на смерть. Она вскрикнула, ощутив спиной холодную твердую стену.
— Хантер!
— Я нуждаюсь в тебе, детка…
Она понятия не имела, как ему это удалось, но, прежде чем поняла, ее слаксы свалились кучкой вокруг лодыжек. Дернув ее трусики, он практически сорвал их с ее тела, а затем, подхватив Ниту под попу, приподнял ее, заставив обхватить ногами его талию, и погрузил язык ей в рот. Тепло и твердость его тела были такими божественными.
— Я болен, детка. У меня есть рецепт на киску. Дай мне это влажное лекарство между твоих ног…
Его свежее мятное дыхание, глубокий голос и похоть в нем щекотали ее шею, когда он терся о ее киску. Целуя ее всю дорогу, он понес ее в ванную, открыв дверь плечом. Осторожно опустив ее, он отдернул занавеску для душа и включил воду, проверяя ее температуру. Снова с невероятной легкостью подхватив ее, он зашел вместе с ней в душевую кабинку под воду. Шок от воды, внезапно омывшей ее тело, приятно пощекотал ее чувства. Из его спальни играла «Flex» «Мэд Лайон». Подняв ее руки над головой, Хантер переплел вместе их пальцы и прижался губами к ее губам.
От интенсивности того, как он целовал ее, Нита едва не кончила. Помассировав ее левую грудь, он наклонился и взял ее сосок в рот. Его глаза закрылись, когда он сосал медленно и сильно, поглаживая и сжимая ее попку. Когда он отпустил ее сосок, холодный воздух, ощутившийся на нем, заставил ее вздрогнуть. Поставив ее на ноги, он стал опускаться поцелуями все ниже и ниже, вода хлестала по его спине, когда он раздвинул ее колени. Брызги воды попадали ему на лицо, когда он сосал ее киску так, словно это был леденец.
— Черт!
Через несколько секунд колени Ниты подогнулись, а ноги задрожали, когда ее охватил оргазм. Она закричала, но едва могла слышать собственный голос из-за музыки и воды, заглушавшей все, кроме ее чертового сердцебиения. Он продолжал сосать, гладить и лизать, словно у него все еще была работа, словно она вообще не кончала. Он не останавливался, и вскоре она снова кончила, на этот раз сильнее, чем раньше.
Встав на ноги, он подхватил ее под попу и, заставив обернуть ногами свою талию, крепко прижал ее к себе. Переместив ее из потока воды к стене, он потянулся между их телами. Его сила, сосредоточенность и страсть в этот момент одновременно и пугали ее, и заводили.
— Ох… — застонала она, стиснув зубы, когда он рванул вверх внутри нее, словно ракета. Ширина его большого, длинного члена растянула ее, приятная боль была чем-то, чего она теперь жаждала самым ужасным образом. Посмотрев между их двигающимися телами, Нита увидела, как его скользкий член входит и выходит из ее киски все быстрее и быстрее. Он скользнул языком в ее рот, имитируя им толкающие движения своего члена, и она превратилась в пластилин в его руках. Каждый раз, когда он входил в нее, она скользила спиной о стену душа в такт песне.