Он внимательно разглядывал Киния. Такой взгляд Кинию знаком — каждый военачальник войска Александра так смотрит на соперника. Он протянул руку.
— Киний, сын Эвмена, из Афин.
Военачальник крепко сжал его руку.
— Мемнон, сын Патрокла. Ты служил у Завоевателя?
— Да.
Киний сделал своим людям знак разгружать поклажу.
— Я был при Иссе — но у царя царей.
Он повернулся и отдал приказ своим людям. Воины опустили копья и ударили их древками о землю.
— Вольно.
Голос у воина не такой, какого Киний ожидал бы от человека такого роста, и говорил начальник стражи на певучем греческом. Его воины сразу перестали казаться механизмами и стали просто людьми, они опускали тяжелые щиты, кутались от холода в плащи и с любопытством разглядывали вновь прибывших.
Из-за гоплитов показались городские рабы; они взвалили на головы поклажу с переправы. Это были в основном персы. Киний следил за ними: ему не приходилось видеть рабов-персов.
Военачальник понял его интерес.
— Царь царей несколько лет назад предпринял поход против местных разбойников, и рынок наводнили рабы-персы.
Киний кивнул.
— Разбойников-скифов?
Мемнон криво усмехнулся.
— А разве бывают другие?
Киний заметил, что Никий между приступами кашля приказал растирать мокрых, озябших лошадей — это хорошо. Он положил руку Никию на плечо.
— Никий, мой гиперет. А это Диодор, второй по старшинству в отряде.
Он снова осмотрел отряд.
— Где Филокл?
— Только что был здесь, — ответил Диодор.
Мемнон внимательно наблюдал за всеми.
— Один из твоих людей отсутствует?
Диодор рассмеялся.
— Наверно, пошел в ближайшую винную лавку. Там его и найдем.
И он пожал плечами, глядя на Киния. Киний понял этот жест так, что Филокл выполняет поручение или ушел по своему делу. Диодор, очевидно, знал зачем. Киний не знал, поэтому сказал только:
— Ну, отыщи его побыстрей.
— Неважно. Архонт ждет. — Мемнон неприятно улыбнулся. — Он не любит ждать.
Людям Киния потребовался целый час, чтобы отыскать квартиры. Разместили их на городском ипподроме, в недавно выстроенной у конюшен казарме. Комнаты были хоть и новые, но маленькие, и никто из людей Киния, особенно благородных по рождению, не был доволен.
Он собрал их всех у конюшни.
— Оставайтесь здесь, приведите помещение в порядок, натопите и вымойтесь. Со мной к архонту пойдут Никий и Диодор. Остальные — мы пришли туда, куда направлялись. Советую всем найти здесь то, что вам понравится. — Он говорил резко, возможно, более резко, чем собирался. — И найдите спартанца.
Потом, не моясь, он переоделся в чистый хитон, хорошие сандалии и причесал волосы и бороду. У входа в казарму он встретился с Диодором, чистым и аккуратным, как только что отлитая застежка, и Никнем, по всем признакам серьезно простуженным. Снаружи их ждали воин и городской раб: раб — чтобы нести то, что они захотят прихватить с собой, воин — чтобы отвести их к архонту.
Воин отвел их в городскую крепость — каменную башню с тяжелыми бастионами и стенами толщиной в шесть локтей. Люди Мемнона, грозные в своих плащах, сторожили вход. Другие караулили закрытую дверь в конце длинного холодного портика. Стены и стража до некоторой степени подготовили Киния к тому, что его ожидало. Архонту вольного города не нужны крепость, стража и толстые стены. Архонт вольного города либо у себя дома, либо на агоре занимается делами. Поэтому Киний не удивился, когда стражник у входа знаком велел его людям остаться. Он сказал «ждите меня здесь» и прошел. Воин — варвар в витом металлическом ошейнике — забрал у него меч.
Киний смотрел, как открывается дверь, услышал звон оружия — внутри еще стражники — и вслед за проводником прошел в темную, теплую комнату, богато украшенную золотом. Статуи богов в золотых одеяниях; персидские занавеси, расшитые золотыми нитями; золотые лампы, свисающие на цепях с потолка, льют слабый золотой свет; железная жаровня на золотых ножках рдеет и испускает ароматный дым; золотая ширма; стол, уставленный золотыми чашами и большими золотыми сосудами, и за этим столом, почти невидимый в благовонном полумраке, сидит в кресле человек с золотым венцом на голове. За ним стоит Мемнон, его доспехи словно горят в этом красном свете. По сторонам от сидящего стоят с тяжелыми дубинами в руках два мускулистых человека в львиных шкурах.
— Киний из Афин? — Голос мягкий, тихий. Полутьма и аромат создают впечатление, что это голос бога, доносящийся издалека. — Ты опоздал на пятьдесят дней. — Негромкий смех. — Нелегко путешествовать на край света, верно? Пожалуйста, налей себе вина — оно у твоего локтя. Расскажи мне о своих приключениях.