Не позволяя головокружительной слабости завладеть мной, я попыталась освободиться. Тиран прижал мои руки к бокам, не позволив даже дернуться. Он усилил страстную атаку, убеждая в том, что действительно лучший любовник.
Продолжая придерживать меня одной рукой, пальцы другой он запустил мне в волосы, мягко массируя затылок. Вопреки желанию, с моих губ сорвался вздох удовольствия. Это было очень приятно. Чуткий слух Кирилла уловил это звук, и он снова принялся терзать мой рот поцелуем. Его язык надавил на мои губы, призывая их раскрыться. Твердый влажный язык ворвался внутрь и задвигался.
Мое сопротивление рухнуло.
И это тоже не укрылось от Тирана. Он отпустил, и мои руки взметнулись к его плечам, как будто только и ждали этого момента. Сладкая дрожь пробежала по телу. Объятия становились все более тесными, я сама терлась о крепкую мужскую грудь и постанывала от удовольствия. Дыхание стало сбивчивым, прерывистым, пульс участился. Я уже не управляла собственным телом, оно словно двигалось само по себе. Без моей на то воли. Чувственная жажда победила голос рассудка.
Ладони Тирана забрались мне под подол. Скользнули под тонкую материю трусиков и на несколько секунд замерли. Я подалась бедрами вперед, бесстыдно умоляя о продолжении. Сильные и нежные пальцы продолжили движение. Коснулись влажных складок, чуть потерли и раздвинули их. Я всхлипнула, когда два сложенных вместе пальца проникли внутрь. Тело предало меня. Когда Кирилл касался так нежно и страстно, становилась податливой и горячей.
Его имя сорвалось с моих губ. И он замер.
Волшебство оборвалось слишком резко. Я покачнулась, потеряв опору. Кирилл отстранился и, сложив руки на груди, взирал на меня с привычной саркастичной улыбкой.
― Кого ты сейчас звала, девочка? ― спросил он жестоко. ― Меня или своего парня?!
Поморгала, прогоняя туманную пелену страсти. Реальность ворвалась в затопленное желанием сознание, нанося глубокую рану. Как я могла? Почему расслабилась? Зачем позволила Тирану так обращаться со мной? Черт, я ведь чуть не умоляла его взять меня.
А он только играл...
Сейчас это стало очевидным. Тиран всего лишь тешил свое эго за мой счет. Нет, ни в коем случае нельзя расслабляться. Нельзя позволять ему подобного. Да, я совершила ошибку. Но это не значит, что я действительно влюблюсь в первого попавшегося мужика, который охренительно целуется.
― Своего бывшего парня, ― ввернула уточнение. Голос был еще немного хриплым, словно спросонья, и я прочистила горло. ― Ты неплохо целуешься, «муж». И имеешь огромный опыт в общении с женщинами. Но я, не отдаюсь первому встречному, что бы ты там про меня ни думал.
Следуя его примеру, тоже сложила руки на груди. Мы снова взирали друг на друга как враги. И только мое сердце все еще билось учащенно.
― Ну да, конечно!.. ― надменно хмыкнул Тиран и прищурился. ― Хочешь сказать, не ты только что мечтала, чтобы я тебя трахнул.
Недоуменно вскинула брови.
― Вот уж не думала, что ты обладаешь сверхспособностями, ― проговорила, чувствуя, как краска приливает к лицу. ― Кто тебе сказал, что умеешь читать мысли?
― Ты сама, Мурочка. ― Вопреки саркастичным словам, мое имя он произнес как будто с нежностью. ― Только что.
― Я ничего не говорила, ― заявила зло. ― Как можно разговаривать, когда кто-то засовывает язык тебе в рот?
― Ты стонала, ― напомнил Тиран. ― И терлась об меня как последняя сучка.
Вот сейчас я по-настоящему сбесилась. Тиран явно перегнул палку в стремлении доказать свое превосходство. Или он желал унизить? Может быть, он привык так обращаться с женщинами? Предположу, что кому-то это даже нравилось. Но я на такое не подписывалась. Да, мы со Стаськой натворили дел. Подставили глупой шуткой незнакомого человека. Я никогда не считала себя слишком уж правильной и чересчур ответственной, но была готова расплатиться по счетам. Даже согласилась на этот гребаный фиктивный брак. Но если Тиран считает, что сможет вести себя так все полгода, то он жестоко заблуждается.
― Да пошел ты!.. ― рыкнула раздраженно. ― И со своими доводами, и со своими поцелуями. Раз уж наш брак фиктивный, можешь трахнуть кого-нибудь другого. У тебя наверняка много тех, кто поможет выпустить пар. А я не собираюсь терпеть такое обращение. Не смогу мило улыбаться на публику, как велел Ильнар, если ты не проявишь ко мне хоть каплю уважения.