Дважды сражались турки с ними, и весьма успешно, ибо заперли христиан в городе и взяли в плен графа Бурженского и графа Малатеста. В тот день очень удачно вели они бой и убили много христиан. И попросили мавры выдать их тела в знак одержанной победы, а также спросили, желают ли христиане заключить перемирие или мир. Но не из-за того, что сами хотели мира, а из страха перед новыми сражениями.
Когда Тирант добрался до порта, то нашел там много своих кораблей и много захваченных у турок. А приор ордена Святого Иоанна, потеряв Маршала, принялся его искать, однако они так и не встретились нигде. Лишь через два дня после возвращения в порт Тиранта прибыл туда и приор. После того как были захвачены турецкие галиоты, вернулись в порт все, кроме Ипполита.
Ипполит же, не видя своего господина, решил, что Тирант поплыл к берегам Турции, и приказал кормчему следовать тем же курсом. Маршала они не отыскали, зато заметили один из турецких галиотов. Ипполит приказал следовать за ним, а галиот обратился в бегство и почти доплыл до одного необитаемого острова. Ветер дул слабо и был встречным галиоту. Тогда турки оставили его и, пересев на лодки и фелюги, высадились на остров. Ипполит приблизился к судну и захватил его, благо на борту не осталось ни единого человека. Однако на галиоте обнаружилось множество богатств, и Ипполит захватил его с собой.
Маршал же, найдя всех, кроме Ипполита, снарядил три корабля на его поиски. Ипполита вскоре заметили, ибо он торопился вернуться. Когда Маршал узнал об этом и увидел, что Ипполит плывет назад, снискав такую славу, он был очень доволен.
Из этого Ипполита вышел прекрасный рыцарь, щедрый и отважный, и совершил он множество замечательных деяний, ибо старался быть таким же, как его наставник и господин. Вот почему и говорят многие, что, прежде чем отдать сына на воспитание какому-нибудь рыцарю, нужно выяснить, каков тот: если он доблестен, то вырастит тысячу таких же доблестных рыцарей, а если порочен, то таким же станет и его подопечный.
Когда сеньор де Малвеи узнал о том, что Тирант вернулся, одержав столь блистательную победу, то очень обрадовался. Он вскочил на лошадь и поскакал к нему. Но, прежде чем уехать, отправил он, чтобы сообщить о случившемся, одного человека к Императору, а другого — в лагерь, где началось большое ликование. Когда же Императору сказали столь замечательную новость, он приказал звонить во все колокола и устроить повсюду потешные огни и бурные празднества. Император вместе со всеми остальными изумлялся величайшим рыцарским деяниям, совершенным Маршалом. Принцесса и прочие дамы были очень рады и превозносили Тиранта.
Встретившись с Тирантом, сеньор де Малвеи посоветовал ему как можно скорее отправиться к Императору. Тирант весьма охотно согласился, чтобы иметь возможность увидеться и поговорить с Принцессой. И едва погода стала благоприятствовать отъезду, Тирант приказал собраться всем, кто был там с ним, и корабль поднял паруса.
Когда в Константинополе их заметили, то сообщили Императору, что его Маршал плывет вместе со всем войском (уже были видны все корабли). Император не знал, какие почести оказать Тиранту и какие торжества устроить в его честь. Он приказал немедленно соорудить длинные деревянные подмостки, уходившие в воду больше, чем на тридцать шагов, и покрыть их роскошной атласной тканью. И повелел также Император возвести посередине большой рыночной площади помост для него, Императрицы, Принцессы и всех придворных дам и обить его парчой и шелком. А от помоста до начала подмостков, в том месте, где должны были следовать прибывшие, приказал он положить отрезы багряного бархата, чтобы его Маршал ступал по нему, не касаясь ногами земли. И когда он позднее прошел по бархату, каждый старался отрезать от него кусок побольше, а многие из-за этого были ранены в руку мечами и кинжалами.
Судна доплыли до порта и вошли в него под радостные приветствия встречавших. Корабль Маршала пристал кормой к деревянным подмосткам. С него сошел Тирант, ведя справа от себя Великого Караманя, а слева — верховного владыку Индии. Сам он шествовал посередине, а бароны шли впереди него. Весь народ высыпал на улицы, чтобы встретить его с превеликой честью: никто не сводил с него взора, словно он был посланцем небес. И почитали его не только как человека, но как самого Бога. А дабы оказать Тиранту еще большее уважение, ему навстречу вышло с процессией и все духовенство вместе с прелатами, неся все реликвии. И коли могли бы они, то отвели бы ему самое почетное место в раю. Наконец сие торжественное шествие прибыло на рыночную площадь, где находились Император и знатные дамы, как придворные, так и все прочие, какие только имелись в городе.