У Принцессы не хватило более терпения выслушивать Тиранта, и она, собравшись с духом, повела такую речь.
Глава 211
О неразумный Тирант! Благодаря талантам, полученным от природы, коими не умеешь ты и воспользоваться как следует, желаешь ты просльггь доблестным? Однако добиться сего можно лишь бесконечными подвигами. А ты так уверен в своих силах, что решаешься в моих покоях, в присутствии стольких дам и девиц, просить о награде, которая кажется тебе заслуженной? Знай же: как дурной язык твой способен не умолкать бесконечно, так и мои уши способны спокойно выслушивать твои речи о том, что я пообещала тебе то, что ты хочешь представить благим делом.
В то время, как они подобным образом беседовали, в комнату вошел Император и застал их в пылу разговора. Он спросил, о чем они говорят, и Принцесса в ответ сказала:
Сеньор, мы спрашивали у нашего Маршала, что такое вера — ведь он хорошо умеет читать проповеди. И он нам это только что объяснил.
Маршал, прежде чем Император успел ответить, принялся рассуждать:
Сеньор, наш учитель и господин Иисус повелел в своих святых Евангелиях, чтобы мы верили истинно и твердо во все, что в них написано, без какого-либо сомнения, и чтобы в святой христианской вере жили и умирали. Те же, кто поступит иначе, будут почитаться за еретиков и отлучаться от благ, свершаемых святой матерью-Церковью. А посему дамы и девицы, давшие какое-либо обещание, пусть остерегутся нарушать его и обманывать доверие, ибо иначе будут они отлучены от Церкви и после смерти не смогут их похоронить ни в храме, ни около него, на освященной земле.
Император охотно поддержал Маршала, говоря, что тот несомненно прав, ибо большой грех нарушить данное слово, как для мужчин, так и для женщин. Однако, знай он настоящую причину спора Тиранта и дочери, вряд ли похвалил бы он такое рассуждение.