Ипполит ответил:
Сеньора, я рад исполнить любое ваше повеление.
И он, в свою очередь, рассеял все ее страхи. Когда они закончили беседу, Императрица в сопровождении своих дам покинула покои Тиранта. Вернувшись во дворец, она сказала:
Пойдемте навестим Императора.
Придя в покои Императора, все немного побеседовали, а затем Императрица, которой не сиделось из-за возникшей любви к Ипполиту, встала и сказала Кармезине:
Побудь здесь с этими девицами и развлеки отца.
Кармезина с удовольствием осталась. Императрица же направилась к себе в опочивальню и приказала своим придворным дамам позвать спальничих, ибо желала сменить бархатные занавеси на шелковые, с вышивкой. Она прибавила:
Император сказал, что желает сегодня ночью прийти сюда. Я хочу ему сделать приятное, ведь он так давно здесь не был.
И Императрица тут же приказала все поменять в спальне и украсить ее бархатом и шелком. Затем повелела она надушить благовониями всю спальню и свое ложе.
После ужина Императрица удалилась, сказав, что у нее болит голова. И одна из придворных девиц, по имени Элизеу, спросила ее:
Ваше Величество, не угодно ли вам, чтобы я позвала лекарей, дабы они полечили вас?
Делай что хочешь, — ответила Императрица, — только так, чтобы Император ничего не услышал и не задумал прийти сюда этой ночью.
Вскоре пришли лекари, измерили Императрице пульс и нашли его слишком частым: сие проистекало от чересчур сильного ее волнения, ибо она готовилась вступить в поединок один на один с молодым рыцарем и боялась этого опасного сражения. Лекари же сказали:
Ваше Величество, вам полезно было бы принять немного конопляных семян в сахаре и выпить кубок мальвазии. От этого ваша головная боль должна пройти и вы заснете.
Императрица ответила:
Думаю, сегодня я буду спать плохо и не отдохну из-за нестерпимой боли. Судя по тому, как теперь я себя чувствую, всю ночь не смогу я найти себе места.
Сеньора, — отвечали врачи, — коли случится так, как вы говорите, немедленно пошлите за нами. И если вам угодно, то мы будем бдеть у дверей вашей опочивальни или внутри нее до самого утра, дабы время от времени по лицу вашему следить, каково ваше самочувствие.
Не приму я вашей услуги и одолжения, — сказала Императрица, — ибо мне угодно, чтобы постель моя была лишь в моем распоряжении, и не хочу я, чтобы кто-нибудь из вас заглядывал мне в лицо и увидел на нем отражение моих тайных чувств. Мне так нехорошо, что я не желаю никого видеть. Засим вы можете удалиться, ибо я намерена теперь лечь спать.
Лекари откланялись. Уже стоя в дверях, они напомнили, что Императрице необходимо принять конопляное семя в сахаре, как следует сдобрив его мальвазией. Сие окажет благотворное действие на ее желудок. Императрица их послушалась и съела целую коробочку конопли, обильно окропив ее напитком. Она распорядилась, чтобы надушили благовониями ее ложе, а в простыни и подушки положили мускус. Когда сие было исполнено, она, надушенная, приказала своим придворным дамам идти спать и закрыть дверь в ее опочивальню.
А в опочивальне Императрицы имелась небольшая комнатка, где она любила читать, в комнатке же была дверь, которая вела на крышу, где находился Ипполит. Когда Императрица встала со своего ложа, Элизеу, услышав это, тоже немедленно поднялась, подумав, что с ее госпожой что-то случилось. Она вошла в опочивальню и спросила:
Отчего вы поднялись, Ваше Величество? Вам стало хуже?
Нет, — ответила Императрица, — теперь я чувствую себя прекрасно. Но я забыла сотворить молитву, как то обыкновенно делаю каждый вечер.
Элизеу попросила:
Сеньора, окажите мне такую милость и соблаговолите прочитать ее мне.
С радостью, — сказала Императрица. — Вот она: когда с наступлением ночи увидишь ты первую звезду, опустись на колени, трижды прочти «Отче наш» и трижды «Богородица Дево, радуйся!», дабы почтить волхвов, чтобы соблаговолили они, купно с Господом и Пресвятейшей Девой Марией, ниспослать тебе милость и, подобно тому, как сами они были ведомы и хранимы в их пути, бодрствовании и покое и избежали короля Ирода, оградить тебя от позора и бесчестья, способствовать твоему процветанию во всех делах и приумножению твоего имущества. И тогда можешь быть уверена, что получишь то, чего хочешь. А теперь не мешай мне предаваться благочестивым думам.
Элизеу снова легла спать, а Императрица вошла в комнатку. Когда услышала она, что девица улеглась, а часы пробили час, назначенный для свидания, одела она поверх рубашки платье зеленого бархата, подбитое собольим мехом, и, выглянув в дверь, заметила Ипполита, плашмя лежавшего на крыше, чтобы его ниоткуда не могли заметить.