Друзья мои и братья, никому не сравниться с вами в рыцарской доблести! Всего дороже на свете честь, а потому прошу я вас всех последовать в этот час за мною, дабы смог я отомстить за позор, учиненный моему брату презренными христианами. Вопиют сердца и души наши против бесчестья, и нипочем не сладить с нами врагу. Тех, кого сражу я моею рукой, отдаю я вам, но не сумеете вы подобрать все мертвые тела, стольких христиан сегодня лишу я жизни.
Облачились мавры в золотом расшитые алжубы, сверкавшие на солнце, вскочили на коней и, спустившись с горы, с дикими криками ринулись на христиан. Жестокий завязался бой, и вскоре много лошадей скакало по полю без всадников. У Тиранта сломалось копье, тогда выхватил он топорик и принялся ударять направо и налево, убивая и калеча всех, кто попадался на путн. И тут два мавританских короля так приблизились к Тираиту, что один из них ранил его острием меча. И, почувствовав боль, сказал Тирант:
Король, похоже, смертельно ранил ты меня, страшной болью болит моя рана, но прежде чем попасть в ад, тебя отправлю я туда, а уж ты мне откроешь ворота!
С теми словами ударил его Тирант топориком по голове и пополам раскроил ему череп. Упал король под копыта скачущих коней, и, увидев сие, со всех ног бросились мавры подбирать его тело. И был то король Малой Индии, что накануне так хвастал своею силой.
Король Менадор, видевший смерть брата, отчаянно рубился и поубивал немало христиан, мавров же полегло меньше, однако многие из них уцелели оттого лишь, что изранен был Тирант и не мог биться во всю силу. Немедля после гибели короля Малой Индии известили о том других королей, и в первую очередь короля Бужии, ибо его почитали за главного и всеми он верховодил. Получив такое известие, все короли свернули шатры, отправились к месту сражения и темной ночью разбили лагерь у подножия горы.
Увидев огромную мавританскую рать, стали христиане держать совет. И решили они уйти под покровом ночи, поскольку Тирант мучился от тяжелой раны и не мог, как обычно, являть в сражении чудеса храбрости, подавая пример всем остальным. И покинули христиане долину, не замеченные маврами. Наутро мавры изготовились было к сражению, но не нашли врага. По лошадиному следу пустились они вдогонку христианам и скакали, пока не достигли города, где те укрылись.
Тогда приказал Тирант сеньору д’Аграмуну выступить им навстречу с половиной войска, и бросились они на врага, и много народу пало с обеих сторон. Однако маврам удалось взять верх, и стали они теснить христиан, те же отступали, отражая удары, до самого города, пока не укрылись за стенами и не заперли ворота. А мавры, оказавшись у закрытых ворот, принялись колотить в них наконечниками своих копий.
Теперь уже воинами в городе командовал король Скариан, умело распоряжался он людьми, и с великой отвагою защищали они город. На следующий день сам он выехал из ворот во главе отряда и смело пошел на врага. Долго длился тот бой, и многих поубивали, и вновь пришлось христианам отступить и вернуться в город. Тирант же очень страдал оттого, что не может сражаться вместе со всеми, и, видя, что каждый день теряют они людей, сказал королю:
Господин, сдается мне, что негоже так часто биться, никакого от этого проку, кроме смерти наших людей.
И решили не начинать более сражений, пока не излечится Тирант.
И вот едва Тиранту стало легче, стал он рваться в бой, хотя не до конца излечился от ран. Узнав о том, так укорил его Скариан.
Глава 336
Неведомо мне, чего еще желает всесильная твоя рука, и, верно, впереди ожидает тебя главная победа, которую сам Господь ниспошлет своей милостью, однако вижу я: не терпится тебе немедля сразиться в бою. Но взгляни на небо — укрыто оно мрачными тучами, что предвещают бурю, губительную для земли: снега и ливни, град, и гром, и вселяющие ужас молнии. Лишь тот, кто ни во что не ставит свою жизнь, решится выходить на бой в такую непогоду. А потому, сделай милость, как не излечены еще твои раны и не покинула болезнь твое тело, подожди, пока минует ненастье, и в ясный день спокойно выйдешь ты на поле брани, дабы, по обыкновению, свершать ратные подвиги. А коли нет тебе нужды в моих советах, поступай как знаешь, однако ж долг мой — молить тебя избежать этого. Но, смирившись с печальной моей участью, буду я терпеливо ожидать, когда вернешься ты с победой, ибо одному лишь Господу ведомо, что станется со мною без тебя. А ежели случится с тобою то, что не угодно Господу, лучше умереть и мне, потому как жизнь моя обратится в муку.