Наконец Бен распрямился — на его лице застыло непроницаемое выражение. Ни единая прядь черных волос не выбивалась из прически, но что-то было не так.
— Связываться с Хейли не слишком удачная затея.
— Почему?
Его карие глаза оставались неподвижны. Они пронзали меня насквозь — ледяные копья нехорошего предчувствия пригвоздили меня к кухонной двери. Бен вытер руки полотенцем и, как мне показалось, слегка улыбнулся. Непоколебимый и холодный, как смерть.
— Хейли больше нет с нами, — произнес он наконец. — Наложила на себя руки прошлой ночью.
========== Часть 21 ==========
Бен ошарашил меня этой новостью и ушел, а я вернулась в спальню, легла на кровать и уставилась в стену. Тьма подступала ко мне, но я даже не шевельнулась, чтобы включить свет. Скорбь приковала меня к постели, я чувствовала, что смертельно устала — устала от преследовавшего меня горя, устала слушать, как одна за другой умирают подруги. Мне до смерти надоело вязнуть в тумане беспамятства.
Папа так и не вернулся и не позвонил мне насчет Хейли — наверное, знал, что она мертва. Интересно, сможет ли он когда-нибудь взглянуть на меня как раньше или вечно будет видеть во мне фарфоровую куклу, которая вот-вот разобьется. Хрупкую куклу, которую невозможно любить по-настоящему.
Даже Бен, опытный психиатр, утомился возиться со мной и моими проблемами. Я пошевелилась — сколько прошло часов?.. На глаза навернулись слезы. Каждый мой поступок создавал проблемы для других. Я сама превратилась в проблему, когда позволила похитить себя, после чего только тащила всех за собой вниз.
В груди защемило, и я сжала кулаки. Долго еще я буду прятаться, медленно угасая взаперти? Если ли что-то снаружи, ради чего стоит жить?
Я сделала неосознанное движение — по наитию, порожденное безнадежностью и глубоким болезненным желанием исчезнуть с лица планеты. Я натянула свитер поверх пижамы и сунула ноги в тапочки. Я найду способ исчезнуть.
Страха я не испытывала. Я спустилась по лестнице и вышла в холодную ночь, не подумав даже о фонарике. Полная луна висела над головой, освещая лужайку перед домом, кроны деревьев отбрасывали зловещие тени. Машина Бена была припаркована перед гаражом — и я невольно удивилась, медленно шагая в сторону леса. За Беном кто-то заезжал?
Куда он мог уехать так поздно? Этот вопрос не выходил у меня из головы, пока я бесшумно пробиралась по жесткой траве к деревьям. Обычно он предпочитал ложиться спать пораньше — не то чтобы я следила. Туман заколыхался, но любопытство меня не покидало. Куда запропастился Бен?
Как же тут было тихо. Я давно позабыла, каково это, гулять по лесу, и какая жуткая бывает тишина, когда над тобой вздымаются бесконечные, похожие друг на друга деревья. Я обхватила себя руками и задрожала, переступая через опавшие ветки. Огни дома Бена постепенно меркли вдали, пока листва окончательно не скрыла их из виду.
— Куда ж тебя несет? — пробормотала я себе под нос.
Было не настолько холодно, чтобы замерзнуть насмерть. Оставалась надежда на дикого зверя, на которого можно наткнуться, или на кочку, о которую я споткнусь и сверну себе шею. У меня не было такой цели, но я не стала бы сопротивляться, настигни меня подобный исход. Хватит с меня.
Пройдет боль, пройдет печаль… Останется лишь мир и покой.
Я шла через редколесье, углубляясь в чащу. Ветви смыкались над головой, заслоняя лунный свет, едва просачивающийся сквозь листву, отчего над тропой царила темнота. Ветки цеплялись за одежду, царапали кожу, но я не замечала их, продолжая ступать по влажной земле. Вдруг до меня донесся какой-то знакомый звук.
Я замерла — ноги утонули в грязи — и прислушалась к журчанию воды где-то впереди. Сильный поток — должно быть, река. Озадаченная, я продолжила путь, стараясь избегать заболоченных участков, пока деревья внезапно не расступились — перед моими глазами предстал поросший сорняками берег реки.
Лягушки квакали, замолкая, когда я проходила мимо. Нахмурившись, я начала озираться по сторонам, ожидая увидеть хижину или рыбака. Но тут никого не было.
На другой берег вела переправа из больших валунов — они поблескивали, наверняка жутко скользкие. Вероятно, случайно поскользнуться на таких проще простого… На этот раз никто не спасет меня из воды, на этот раз я не проснусь на больничной койке. Я посмотрела на воду, обдумывая стоящий передо мной выбор. Такая смерть будет холодной и мучительной… Может, если я…
Сзади хрустнула ветка.
— Рей?
Я резко развернулась, чувствуя, как волосы на затылке встают дыбом, а сердце гулко стучит — и увидела Бена в нескольких футах позади меня. Он стоял среди деревьев, окутанный тьмой, так что я с трудом могла разглядеть его лицо. Я схватилась за грудь, пытаясь совладать с собой. Господи… Откуда он-то здесь взялся?..
— Привет, — пробормотала я севшим голосом. — Я… я тут прогуляться вышла.
— Вижу, — он вроде бы сделал шаг назад. — Почему бы теперь тебе не пойти со мной домой? Не стоит ходить здесь одной. Это опасно.
Его голос звучал странно… напряженно, как мне показалось.
— А что ты здесь делаешь? — спросила я.
— Гуляю. Тут тихо и хорошо. Ну же, Рейби. Нам пора.
Стукнуло сердце — прошла доля секунды, и я осознала промах Бена прежде, чем он сам. Он медленно повернулся ко мне, карие глаза сверкнули в темноте. Ледяной ужас наполнил мою душу в тот миг, как пала завеса тумана.
Лишь два человека на всем свете звали меня Рейби… Мама и…
Страх приковал меня к месту, когда Бен провел рукой, затянутой в перчатку, по своим волосам и тихо рассмеялся. Он сокрушенно вздохнул и пронзил меня взглядом, отлично понимая, что со мной происходит. Мой разум быстро свел концы с концами, восполняя бессчетные дни забытья и растерянности. Все всегда было написано у Бена в глазах. Как же я это упустила?
Он внезапно улыбнулся.
— Прошу принять мои извинения, — сказал он. — Я забыл, что твой похититель называл тебя этим именем. Мне жаль.
Что?!.. Голова кружилась, я пыталась разобрать выражение его лица, сообразить, о чем он, черт подери, думает! Он действительно осознал, что я обо всем догадалась, или все еще пытался скрывать правду? Боже… Он убьет меня?
Меня охватил такой ужас, что я чуть не блеванула прямо на месте. Я подтянула рукава свитера, прикрывая вспотевшие ладони, стараясь не выдать дрожь. Я действовала чисто интуитивно. Мое тело реагировало на его близость. Оно знало, что присутствие Кайло рядом означает, что я буду страдать…
Бен — это Кайло. Бен — это Кайло. Бен…
— Рей? — Его большие глаза завораживали. — Ты хорошо себя чувствуешь?
— П-прости, — выдавила я, запинаясь. — Я… кажется, я немного устала.
Боже, я стремительно теряла самообладание! Бен опять улыбнулся и снял перчатки, указывая на тропинку, по которой я пришла.
— Пойдем домой, — сказал он.
Каждая клеточка моего существа кричала, чтобы я бежала прочь, но, глядя на Бена, нельзя было и подумать, что он что-то заподозрил. Поэтому я последовала за ним через лес, сдерживая рвоту и подавляя всхлипы, рвущиеся из горла. Он был в нескольких футах впереди меня, весь в черном…
«Если я побегу… — я оглядела тенистый подлесок и тяжело сглотнула. — Он поймает меня. Знаю, что точно поймает. Я знаю его лучше, чем он полагает».
Мы дошли до его дома. Я остановилась возле крыльца, пока Бен, одетый самым неподходящим образом для прогулки, поднимался по ступеням. Он позвенел ключами и оглянулся, почувствовав, что я больше не нахожусь у него за спиной. Мы не моргая смотрели друг на друга.
— Я хочу домой, — прошептала я.
Бен отвернулся и отпер дверь. Он действовал без спешки, обдуманно. Я осторожно попятилась назад. Он знал. Абсолютно точно знал!
— Ну, это ни к чему, — отозвался он голосом, наполненным южными переливами. Повернулся ко мне, вытащил перчатки из кармана и небрежно оглядел меня.
— Папа… хотел…
Он натянул перчатки и вскинул брови.