– Не бойся, – сказала она, словно прочитав его мысли, что возможно и, правда, было именно так. – Я не причиню вреда.
– Кто ты? И где Тин?
– Я и есть Тин. Произошли некоторые изменения во мне, но это я, это моё тело, мой голос и мой разум.
– Нет, Тин никогда не была такой.
– Я знаю, это сложно понять, но я постараюсь объяснить всё чуть позже. Когда мы возьмём доказательства существования Реликвий Создания. Они тут, прямо у нас под носом.
– Что же ты сделала с собой, Тин? – Локки ещё не верил своим глазам и ушам.
– Я всё расскажу.
Невозможно было понять, сколько продолжается это немое ожидание. Локки даже не знал, чего ожидать, он просто стоял и ждал, стараясь при этом как можно меньше обращать внимание на застывшую рядом Тин, или кто там сейчас был в ней, или кем была она. Окончательно запутавшись, он терялся в догадках, а перед глазами стоял образ существа, что он увидел вместо Огненной Девы.
Что-то явно пошло не так, как было запланировано, зачем он позволил ей последний переход, что там произошло, точнее, что же Тин сделала такого, что повлекло за собой все эти изменения. Неведение раздражало, Локки примерял то один ответ, то другой, но всё больше терял терпение.
Когда сзади раздалось сердитое сопение Лии, он был даже рад; в другой раз её присутствие ему помешало бы, но не сейчас. Ему было стыдно в этом признаться, но Локки чувствовал себя неуютно рядом с новой Тин и был только рад компании.
– Я всё принесла, – грохот от падающих на пол рюкзаков, в которых было их походное снаряжение, подтвердил её слова, – а вы, я смотрю, всё ещё пялитесь на эту стену, что ж, удачи. Я, пожалуй, буду сидеть и переваривать информацию, её слишком много.
– Лия, я думаю, тебе стоит осмотреть ожоги Тин, – Локки попытался произнести это небрежно, так, словно ничего необычного не было, но на самом деле он безумно хотел, чтобы Лия тоже увидела то, что сейчас было Тин.
– Как я могу что-то сделать, если она не позволяет мне?
– Тин, ты позволишь Лие помочь тебе?
– Почему бы и нет, – она усмехнулась, – помогайте, если считаете, что это необходимо.
Локки наблюдал за тем, как Лия решительно шагнула к своей подруге и попыталась развернуть к себе, взяв её за руку.
– Ты вся горишь, у тебя жар, Тин! – Лия лихорадочно ощупала шею и руки подруги, осмотрела места на коже, где была прогоревшая одежда, после чего лишь недоумённо пожала плечами. Кожа Тин была, как обычно, нежная и бледная, ни следа ожогов, даже ни одной царапины.
– Я думала, ты пострадала от огня.
– Не может быть, я же сам видел, как дымилась кожа, я тушил огонь! – Забыв про свои страхи, Локки решительно шагнул к девушкам и схватил руку Тин, пытаясь разглядеть в полумраке следы от ожогов. – Это невозможно, даже самый искусный Целитель за один раз не излечит такие ожоги. – Горячая ладонь накрыла его руку, на какой-то момент всё вокруг остановилось, он смотрел на тонкие и хрупкие пальцы Тин, ощущал жар её тела и, вопреки всем своим инстинктам, что сейчас кричали об опасности, Локки только крепче сжал её руку своей.
– Объясни мне.
– Не могу сейчас, – она смотрела прямо ему в глаза своим пылающим взглядом, – но я обещаю – я всё расскажу. Поверь мне, ты сказал, что будешь держать меня, теперь это не моя просьба, теперь это необходимость. Мне нужно время, и вы всё узнаете.
– Хорошо, Тин.
– Ладно, – Лия была окончательно сбита с толку, – я ничего не понимаю уже в который раз за последнее время, но я подожду разъяснений.
– Спасибо вам обоим, – Тин закрыла глаза, и Локки на какой-то момент показалось, что перед ним просто Тин, а то, что он увидел до этого всего – лишь его больное воображение. Но это прошло, стоило её векам подняться, открыв бездонные, огненные бездны глаз. – Сейчас начнётся.
Как по команде, все трое устремили взоры на стену Грота. Тёмные змейки трещин, наверно, нашли друг друга, где-то посредине, раздался низкий гул, напоминающий голодное урчание огромного зверя. Блеснуло красным. Локки, напрягшись, всматривался в темноту. Высоко под сводом над их головами пронёсся порыв шального ветра, словно по ошибке залетевшего в клетку пещеры. Снова мимолётное свечение, будто маленькая молния на ночном небосводе, оно появилось буквально на долю секунды.
– Держимся вместе! – прорычал сильв, привлекая девушек ближе к себе. Они встали спина к спине, ожидая продолжения вспышек и ещё неизвестно чего.
Очередной порыв ветра затушил факелы, оставив их в кромешной тьме. Не зная, чего ожидать, Локки одной рукой ухватился за эфес меча, другой за руку Тин, как ни странно, это придало уверенности.
Урчание зверя стало больше походить на рык перед атакой, от него вибрировал сам воздух, пол слегка дрожал, передавая своё волнение ногам троих друзей. Полыхнуло, и теперь уже не погасло; стена, перед которой они ждали так много времени, была покрыта сетью трещин, что складывались в причудливый узор, искрящийся местами огнём, местами голубоватым льдом.
Причудливая вязь огня и льда расширялась, вскоре узор достиг потолка пещеры.
– Это божественно, – выдохнула Лия, всматриваясь в огромный рисунок из льда и пламени.
– Действительно, это божественно, – Тин сама словно светилась лёгким красным маревом.
Локки моргнул, пытаясь воспринять огромную картину на стене, уместить её в своём сознании – поле из огненных цветов, пылающих, каждое, как маленькое солнце, слепящее глаза, потому что смертным, пусть они и с хвостами, пусть они и магически наиболее приспособлены, не дано увидеть это безнаказанно. Но было в этой огненной идиллии что-то ещё. Сквозь слёзы Локки смог увидеть на поляне светящуюся сферу, под её изменчивой поверхностью, переливаясь множеством граней, вращался огромный кристалл. Его холодный свет проникал в самую душу, выворачивая её наизнанку и замораживая желания, он отражал огненные блики и то был наполнен своим светом, то кровавым пламенем цветов.
Локки словно онемел, его тело не слушалось приказов, что без устали отдавал мозг. Сильв всячески пытался хотя бы немного пошевелиться, но все его попытки не увенчались успехом. Он с ужасом начал осознавать, что с трудом различает свои мысли, он смотрел на огонь и лед и не мог ни двигаться, ни думать. Единственное, что он ещё мог – это посмотреть в другую сторону, отвести слезящиеся глаза от яркого, горящего и искрящегося полотна.
Сквозь слёзы он видел застывшую шокированную Лию. Видимо, она тоже была под властью открывшейся им картины. Всё потеряно, пронеслось в его голове, мы слишком многое на себя взяли, мы не должны были даже пытаться прикоснуться к этой силе. Скоро настанет расплата, мы станем ещё цветками на этом поле, и будем вечно гореть, поддерживая потоки силы в равновесии. Локки не знал, откуда пришло это знание, он просто понял, что они не первые, кто пытался найти Реликвии Создания, возможно, и не последние.
Еле уловимое движение рядом заставило его отвлечься от тягостных откровений. В отличие от них, Тин не была скована неподвижностью и молчанием, она совершенно спокойно, даже торжественно, приближалась к пламенеющей стене.
О нет! Собственный беззвучный крик вывел его из ступора. Второй раз за день вытворять нечто из ряда вон выходящее он не мог ей позволить. Один раз он уже не смог её уберечь, и теперь не был уверен, что к нему вернулась та самая девушка, что он любил всю свою сознательную жизнь. И вот она снова идёт в пламя, будто нет в этой жизни ничего более интересного и простого, неужели игра с огнем для неё настолько важна? Локки не стал ждать ответов на свои вопросы, внезапно он понял, что сможет ей помочь.
Никогда он ещё не собирал столько силы и воли воедино, от напряжения мышцы свело жёсткой судорогой, боль, словно раскалённый прут, вонзилась в ноги. Но он был даже рад этой боли, она означала, что не так уж и крепко держит его неведомая сила, и он не собирался больше сдаваться.
Звериный рык вырвался из его горла, словно обезумев, он срывал с себя магические оковы. Даже в самых своих смелых фантазиях Локки не представлял, что способен на нечто подобное. Он видел себя со стороны. Сначала не узнав себя, он удивился, что же это за существо, но приглядевшись, понял, что это не кто иной, как он сам. Оскал вместо улыбки ему был к лицу, ноздри раздулись от переполняющей его мощи и ярости, и лишь взгляд его оставался вполне обыкновенным, спокойно оценивающим каждый момент этой загадочной ситуации.
Он услышал яростный крик рядом с собой и, резко повернувшись, приготовился к защите, но это не понадобилось. В паре метров от него Лия, видимо, тоже истратив все запасы своего и так невеликого терпения, пыталась избавиться от магических оков. Локки только удивился, как в таком маленьком и хрупком теле может быть столько злости. Лия, нисколько не стесняя себя в словесных выражениях и изгибах своего тела, словно выбираясь из какой-то клетки, хваталась за невидимые прутья и подтягивалась на них. Ещё несколько невидимых прутьев, и вот она, совершив какой-то совершенно невероятный прыжок, уже стояла рядом с Локки, по-кошачьи выгнув спину и уставившись в спину Тин своими жёлтыми глазами.
Не сговариваясь, они рванули вперёд и, схватив Тин за руки, развернули к себе лицом. Она не была удивлена, не была испугана, сильвийка улыбалась, глядя на своих одичавших друзей.