– Я разведу костёр, – превозмогая усталость, Марта поднялась на ноги. – Если хотите есть, начинайте без меня.
Девушка ушла недалеко, в сгущающейся темноте она чётко видела силуэты своих спутников на фоне серых камней. Некоторое время они так и сидели, не шевелясь, потом Надин медленно достала из рюкзака спальный мешок и, разложив его, легла спать. Эвиль, будто в трансе, последовал её примеру. Марта только лишь вздохнула, и продолжила сбор сушняка. Сильвийка поймала себя на мысли, что сегодняшний переход больше всего напоминал бегство. Единственное, что оставалось непонятным, – от чего они так бежали.
Как она и предполагала, за этот дневной переход они подошли к погосту. Небольшой пригорок, поросший мелким кустарником, отделял отряд от него. Девушка развела костёр, яркие язычки пламени заплясали, отгоняя наступающую темноту. Надин и Эвиль крепко спали, Марте же оставалось быть на страже, и ей вдруг стало, как никогда, скучно. Она огляделась вокруг: тёмный лес рассказывал свои сказки ветру, тихо шелестя листьями; наверно, было бы интересно узнать, о чём он говорит; трава же, видимо, понимала и вторила ему.
Марта поднялась на ноги, мышцы отозвались ноющей болью, но девушка не обратила на это никакого внимания. Всё внимание было приковано к скрывающемуся за пригорком кладбищу. Интересно, а может, там, и правда, есть привидения, ухмыльнулась воительница и решила подняться наверх.
Небольшие холмы с деревянными крестами – вот и всё, что бросилось ей в глаза. То тут, то там стояли скамейки, сделанные из двух чурок и доски. Марта фыркнула: люди даже своих усопших не могут почтить, как следует, а ещё эти их кресты, нелепая вера в жреца, отдавшего свою жизнь за спасение деревни от тварей тумана. Интересно, может быть, стоит попробовать, спасти пару деревень и стать сильвийкой-защитницей.
Улыбаясь собственным рассуждениям, Марта вернулась к костру, где мирно спали её спутники. Девушка не сразу поняла, скорее, почувствовала изменения в атмосфере вокруг. Ночь была по-прежнему темна, деревья шелестели, но добавилось ещё что-то, нашёптывание, словно кто-то тихо говорил в подушку. В кровь словно добавили жару, воительница встряхнулась, напряжённо вглядываясь и вслушиваясь в происходящее вокруг.
Её взгляд упал на странные камни, возле которых они остановились на ночлег. Их поверхности были покрыты росой, в капельках которой отражался огонь от костра. Костёр! Он же почти потух! Словно одержимая, Марта схватила пучок хвороста и принялась подкладывать по веточке к углям. В какой-то момент ей показалось, что сзади приближается что-то холодное, она резко обернулась, но взгляд нашёл только темноту.
Пламя заиграло с новой силой, но от этого легче не стало, страх закрался в её сердце и сейчас разъедал его изнутри. Девушка понимала, что если она хочет что-либо увидеть, ей не стоит смотреть в огонь, что нужно повернуться к нему спиной и нести свою вахту, но она просто не могла заставить себя сделать это.
Ближе к полуночи вконец выбившаяся из сил Марта разбудила Эвиля. Он стоически, почти без ворчаний принял смену и уселся у костра. Сильвийка дрожащими руками открыла свой рюкзак, извлекла из него спальный мешок и почти до конца застегнула его, ложась спать, наивно предполагая, что это защитит от ночных страхов.
Сны её были наполнены неясными картинами, обрывками воспоминаний и плодами воображения. Бледные руки из ночной темноты стали последней каплей, девушка не могла больше спать, открыв глаза, она обнаружила, что уже светает, а Надин жарит что-то над костром.
– Что ты делаешь?
– О, сестра, ты уже просыпаешься?
– Да, – Марта насторожено вылезла из своего спальника, – что это ты жаришь?
– Грибы, я насобирала утром, их здесь много. Просто вчера мы были не в состоянии поесть, а теперь, я голодная как волк.
– Ты уверена, что они съедобные?
– Обижаешь, – притворно надула губки Надин, – я же целитель, не забыла? Я знаю всё, что можно съесть, ну и то, что нельзя, тоже знаю. Тебе сделать?
Марта задумалась, раз сестра говорит, что всё нормально, значит можно и поесть, не всё же жевать галеты всухомятку, но что-то в её голове тут же запротестовало, твердя упорное, нет, нет, нет.
– А где Эвиль?
– За водой ушел, тут ручей рядом. Надо пополнить запасы, вчера всё выпили.
– Ясно, – Марта не понимала, зачем начала проверять свой рюкзак. Бледные руки, покрытые струпьями. Картинка настолько чётко промелькнула у неё перед глазами, что девушка невольно вздрогнула. – Мои фляги он не брал?
– Нет, у тебя там ещё нормально.
– Ясно.
Скоро вернулся Эвиль, неся фляги с водой. Пока они ели, Марта всё никак не могла выбросить из головы свои видения. Роса на камнях высохла, оставив от себя только маленькие кружочки, а вчера в них отражалось пламя, подумала девушка.
– Мокрое, наверно, было утро, столько росы.
– Ты о чём, Марта, я дежурила последней и никакой росы, было слишком тепло, и даже тумана не было.
– Ясно, – сказала она, подумав при этом, что ничего не ясно. Марта в замешательстве смотрела на камни, что же тогда было на них, если не роса. Ей стало обидно до слёз, почему же она так трусила, чего боялась всю ночь? Почему Эвиль и Надин, что вечно ноют, ведут себя обычно и не трясутся от приходящих видений? Ещё не хватало сейчас разреветься перед ними. Сильвийка сделала глубокий вдох. Слёзы. Да, роса похожа на слёзы, но ведь камни не плачут.
– Когда доберёмся до места, надо будет найти потенциальный источник. Потом совершить переход и закрыть его.
– Ты что, решила повторить школьную программу?
– Не ухмыляйся, маг, и тебе, и Надин стоит вспомнить всё, что мы проходили.
– Ты опять настроена на что-то плохое, сестра. Возможно, будет не так всё ужасно, как ты любишь себе представлять.
– Возможно, но, на мой взгляд, лучше перестраховаться, а ты слишком расслаблена. Пора выдвигаться, надеюсь, вы всё собрали. – Надин и Эвиль дружно закивали головами. – И хватит уже есть эти грибы. Честное слово, раздражаете.
Когда они наконец-то отправились дальше, Марта испытала чувство глубокого облегчения. Шепчущий лес, странные камни и тёмный погост остались позади. Девушка даже улыбнулась, наверно, она просто устала, и её впервые в жизни настигли кошмары. Часа через полтора они дошли до деревни, что была целью их похода, и тут-то сильвийка поняла, что зря радовалась. Уже знакомое ощущение слежки и тоннеля, вернулось вновь, причём, так внезапно, что её живот свело судорогой.
– Стойте, – прошептала сильвийка, казалось, что это прозвучит громко, но на деле ей не хватило воздуха.
– Что с тобой? – улыбающееся лицо Надин выбило Марту из колеи окончательно.
– Ты ничего не почувствовала?
– Нет, по мне так всё отлично. Может, ты заболела, сестра?
– Или просто привлекает к себе внимание.
– Что? Внимание? Эвиль, ты, конечно, гад, но не надо окончательно меня выводить.
– Может, хватит? Чего ты там почувствовала такое? Я вот ничего не ощущаю, кроме твоей жажды внимания.
Марта растерялась, неужели она настолько себя накрутила, что уже не может отличить реальную угрозу от того, что творится у неё в голове, ведь вчера было то же самое, и они тоже ощутили всё на себе. Девушка мельком огляделась: деревня, цель, к которой она шла столько времени, выглядела пустой, но не заброшенной, словно все жители в одночасье ушли куда-то. По переулку стояли оставленные телеги, за ближайшим забором на грядке лежали садовые инструменты, вот рядом с калиткой ведро с водой. Тишина окутывала всё это, будто одеяло.