- Ты доставила мне вчера наслаждение-и это главное. - Приторно сладкий голос с щепоткой яда задел мои воспоминания. Громкое дыхание выдало гнев, но я молчала.
"Гореть тебе в аду, садист чёртов!"
- Но но но но... - Зацокал белокурый маньяк, притягивая меня за ошейник так близко к своему лицу, что я зажмурилась, ожидая столкновения. - Я хочу тебя обрадовать. Ты не сломлена. - Шипел он в моё лицо. Какой-то странный робкий страх, защекотал мои ноги. - Я не хочу тебя ломать, моя милая, а ведь могу. - Мужское дыхание свежести и смерти шевелило ресницы. - Могу и сделаю, если не прекратишь. - Бледная рука разжалась и мои глаза вновь открылись, ощущая безопасность. Его фигура отдалилась.
- "Бойся меня, люби меня, делай всё, что я говорю...и я буду твоим рабом" - едко процитировала я слова любимого злодея из фильма, будто и не слышала предостережений от своего мучителя.
- Суть верная, только тон не тот. - Зябкий холод от его топазовых глаз дотронулся до моего лица.
Вновь что-то щёлкнуло в голове. Ненависть сменилась на трепет. На жалкий трепет, на дрожь в руках, на обиду. Его блёклые глаза смотрели в мою сторону с безразличием, со злобой, с презрением. Смотрели, как на пустую куклу для потехи, словно прошлого у меня и не было.
- Перестань. Перестань, прошу. - Заскрипел мой голос под напором слёз. - Хватит угрожать мне и заставлять подчиняться! Мне больно, прекрати делать мне больно! - Де Лионкур приподнял брови. Я расплывчато видела, как голова его повернулась к двери, затем снова на меня. Он не собирался меня жалеть, и я это чувствовала. Клыкастый демон опустился на корточки. Мраморное лицо холодно и беспристрастно. Медленно затихнув, я слизала мокрую соль с губ.
- Ты снова стала часто плакать, как и в наши первые встречи. - Бархатный голос задевал своей пустой эмоцией. - Хорошо. - Прошипел словно змей, прикоснулся к мокрой щеке пальцем и быстро покинул комнату, сказав напоследок. - И страх вернётся.
- Иди ты к чёрту! - Истерично выкрикнул мой голос, пугая громкостью даже пыль. Светлая голова мелькнула у двери. Лестат удивленно остановился у косяка, рукой поглаживая дерево. - Можешь начинать ломать меня прямо сейчас, за мою дерзость, но любить тебя после этого я точно не буду. Будешь относиться ко мне так же, как сейчас - я уйду, а не получится...
- Что? Убьёшь себя?
- Нет...! Я не дам тебе такого наслаждения, такого почёта, как моё самоубийство! Умрёшь ты. - Титановая твёрдость произнесенных слов, забрала у меня все силы.
Озадаченный вампир, не показывающий своих эмоций, плавно прошел всю комнату, до места "цепной собаки". Бледное, скрученное женское тело напоминало скульптуру Русалочки в порту Копенгагена по положению тела, по грусти в глазах.
- Уходить ты уже пыталась, думаешь получиться в этот раз?...нет, нет, нет, милая. - Вновь присел он, как хищная птица рядом с жертвой. - Это всего лишь наказание. Наказание не должно быть приятным, помнишь? Оно может быть терпимым.
Грациозная рука пианиста погладила бедро.
- Ты не Господь Бог. - Глухо сказала я, уставясь на мужское лицо тёмно-серыми глазами.
- Нет. - Расплываясь в улыбке проурчал бессмертный. - Я сильнее, я хуже, я опаснее. Ты, моя крошка, не играешь с Богом, ты играешь со мной. - Сверкнул жемчуг под его губами. - Помни это и знай, кому молиться. - Тихий шуршащий смех, расползся по полу комнаты. Прохладная ладонь аккуратно легла на мою щеку. Веки опустились. Я не поняла, зачем я закрыла глаза. То ли, чтобы вновь не упустить подбирающейся слезы, то ли, чтобы нырнуть в воображение, где французская ладонь на моей щеке была проявлением любви.
- Эх...жаль, что тот красноволосый латинос сгорел. Я бы не отказался от воздействия его дара на тебя. Моя Мальвина, с каждым днём ты становишься всё сложнее. - Вторая рука нежно зарылась в мои волосы. - Даже не так...Мне с тобой становится всё сложнее.
" В нашей ситуации и не может быть просто..."
- Ты права, - вдруг ощутила я влажный быстрый поцелуй на своих губах, - права.
- Развяжи меня. - На выдохе попросила я, приоткрывая глаза.
- Нет. - Так же томно отвечал мужской голос. - Ты наказана, помнишь?
- Как долго это будет продолжаться?
- Пока ты не поймёшь, кому надо молиться. - Прижавшись лбом к моему лбу шептал он, ухмыляясь.
- Я атеистка, Лестат. - Съязвила моя личность.
- Ты грешница. - Запахло теплотой. Лестат смеялся.
- Да, но Дьявол не должен за это наказывать. - Лукавила я, ловко меняя настроение. Встав на колени, я потянулась всем телом к хищнику.