1. Тротуар
Синий заблеванный тротуар. Ноги стали ватными, полуторачасовой бег выбил из сил. Все еще тошнит, давит в висках, шумит. Хотя город затих. Она где-то на окраине, набережная закончилась. Остался только этот плешивый асфальт из прошлого столетья весь в битом стекле. Холодно. Мышцы сами собой вздрогнули от мороза. Укрыться нечем.
Она свернула. К воде. Куталась в облитое красным вином пальто, от чего не было никакого толка. Грязный песок тормозил шаги. Идти, не оглядываясь. Закружилась голова. Стоп.
Она сложилась пополам. Одышка.
Где телефон? Твою ж… Нет его. Встала обратно, на голову снова надавило. Сщурившись, пошла обратно искать его, слабо видя происходящее.
Уже светало. Не нашла. Остался там наверное.
Никогда! Никогда больше! Не впущу!
Она рухнула вниз. Осколок вонзился в ладонь, на которую она оперлась. Даже не больно. Черт, даже не больно.
Она засмеялась. Взяла это стекло и стала ковырять рану еще больше. Не больно! И хохочет.
Час. Стала тихо смотреть на воду. В голове стихло. Хочется пить, и время от времени ноет желудок. Вдалеке за кустами на воде показалась лодка. Все заволокло туманом, но посветлело. Только эта маленькая зеленая надувная точка вдали.
Еще час. Пить захотелось так сильно, что она стала хлебать из грязной реки. К черту!
- Все нормально? - еще один любитель чешуйчатого мира не смог отказать себе в любопытстве.
- Да.
- Шла бы ты домой, а то ментов вызову…
- Вы куда шли? Рыбачить? Вот туда и идите,… хамло,- добавила под нос.
Он резко развернулся и пошел дальше, - ну и пошла ты, дура обдолбанная. Че за молодежь, - разговаривал он как бы сам с собой, но так громко, чтобы ей было слышно вслед.
Пол года. Декорации менялись, дождь снегом, сочная трава осенним ветром, коллеги родителями, офисное кресло пустой кроватью, река стеной, Билли Айлиш в наушниках в маршрутке Агутиным на тусовке. Снова здесь. Уже зима. Сегодня не холодно, какая-то мерзкая слякоть заледенела за ночь, оставив рубцы на дороге.
Смешно. Зима, а сегодня не так холодно, как тогда. Даже солнце выглядывает периодически из-за облаков.
Уже не так гудит голова, похмелье давно прошло. Но тихо, все еще тихо. Она поверила, что сможет наполнить сосуд сама, без чьей-либо помощи. Но это невозможно. У нее была только одна лейка с синей краской, которая закончилась. Сосуд иссох. Но она поклялась никому больше не лезть в него со своими чашками, ведрами и даже шлангами.
По крайней мере лучше так. Лучше, чем как тогда, когда мокнешь в мерзкой реке с потекшей тушью на щеках.
Звоночек на двери.
- Здравствуйте! - приветствовала радушная бариста.
- Воронка на Колумбии пропус, пожалуйста.
- Да, конечно. Вам с собой?
- Нет здесь.
- Можно узнать, для кого будет?
- Дарья.
Молча села у окна. Молча выпила кофе. Она смотрела на вывеску ателье напротив и думала о том, что наверняка дочери этой женщины, что выходит оттуда, понадобился дурацкий наряд на утренник. Только странно, Новый год прошел уже.
- Извините, если лезу не в свое дело, - сбил мысли мужчина лет сорока в очках, - вы очень печально выглядите, у вас что-то случилось? Я могу чем-то помочь? Извините еще раз, если навязываюсь. Но кажется, вы вот-вот заплачете.
Она подняла глаза. Опешила. Ей казалось, что все вот-вот выровнялось.
- Нет, все хорошо, думаю, вам показалось.
- Хорошо, что так, извините еще раз.
И он ушел.
Автобус домой. Внезапно. Слезы. Она не плакала с тех пор и вот. Он всковырнул то, что казалось хорошо и прочно зашитым.
Полно народу вокруг. Она как шпрота в банке, еле держится за поручень на поворотах. На нее смотрят исподтишка. Плевать. Капли лились по лицу беспрестанно.
Автор приостановил выкладку новых эпизодов