Они отползли от люка, свалились на промерзшую землю и лежали, задыхаясь, не в силах пошевелиться. Была только они трое. Алексей, Ирина, Лев. И Света.
Алексей сидел, прижимая к себе дочь, и смотрел на восток, где между серых туч пробивалось багровое солнце. Он сделал это. Он нашел ее. Цена была чудовищной. Сергей, Матвей, десятки других… Ольга… Он не знал, что чувствовать. Только пустоту и леденящую усталость.
Ирина подползла к нему, обняла за плечи, прижалась. Ее тело дрожало. Лев сидел поодаль, уставившись на свои окровавленные, трясущиеся руки.
Света приоткрыла глаза.
—Папа… мама… она…
—Она больше не причинит тебе вреда, — тихо сказал Алексей. — Никто не причинит.
Девочка кивнула и снова прижалась к нему, закрыв глаза. Она была спасена. Но что осталось от того ребенка, которого он знал? Он не знал.
Он достал из кармана тот самый камень-талисман, который дал «Крот». Три круга с точкой в центре. Он сжал его в ладони. Это был символ чего-то древнего, подземного, пережившего многие катастрофы. Возможно, символ выживания.
Они не были в безопасности. Остатки людей Ольги или Евгения могли быть живы. «Центр», наблюдавшее за Федором, наверняка знало о «Ковчеге». Погоня могла начаться в любой момент.
Но сейчас, в этот хрупкий миг между ночью и утром, они были свободны. Они были живы. И у них было друг друга.
Алексей посмотрел на Ирину, на Льва, на свою дочь. Их путь на восток, к мифическому спасению, закончился здесь, у руин другого кошмара. Теперь их путь был другим. Путем тех, кто выжил. Кто пронес через огонь и кровь не только жизнь, но и память. И, возможно, надежду. Маленькую, слабую, но настоящую.
Он поднялся, помог подняться Ирине, взял на руки спящую Свету.
—Пошли, — сказал он. — Пока есть свет.
Они пошли на восток, навстречу восходящему солнцу, оставляя позади дым и пепел «Ковчега». Их тени, длинные и изломанные, тянулись за ними по мерзлой земле, но они не оглядывались.
Конец первой книги.
Конец