— У нашего мальчика Скотти тело, о котором невозможно забыть. Ты должна это признать.
Она была права. Скотт не был большим, но он был очень мускулистым и был так же хорошо сложен, как любой первоклассный атлет. Если бы не его постоянные угрюмый вид, он наверняка привлекал бы толпы девушек. Может, даже Ви, которая объявила себя мужененавистницей.
Мы последний раз завернули за угол, и Сума Дьявола появилась в поле нашего зрения. Это было неприглядное четырехэтажное здание с жутким плющом и затемненными окнами. С одной стороны возле него был ломбард, с другой — ремонт обуви, который, как я втайне подозревала, был прикрытием для конторы по продаже фальшивых документов. Серьезно, кто сейчас меняет свои подошвы?
— Нам поставят метку? — спросила Ви.
— Не сегодня. Они не продают алкоголь в баре, ведь половина группы несовершеннолетние. Скотт сказал, что нам понадобятся только билеты.
Мы встали в очередь, и через пять минут добрались до дверей. Внутри было просторно, с одной стороны была сцена, с другой бар. Высокие стулья возле бара, столики возле сцены. Внутри была приличная толпа, люди все приходили, и я почувствовала нервное предвкушение перед появлением Скотта. Я попыталась найти среди публики лица Нефилимов, но мне не хватало опыта, чтобы доверить себе такую тщательную работу. Не то, чтобы у меня были причины думать, что Сума Дьявола была подходящим местом для тусовки нелюдей, особенно подданных Хэнка. Я просто считала, что осторожность не помешает.
Мы с Ви сразу подошли к бару.
— Выпьете чего-нибудь? — спросила рыжая барменша, которая не поскупилась на подводку для глаз и кольца для носа.
— Суицид, — заказала Ви. — Ну, знаете, когда в стакан наливают всего понемножку?
Я наклонилась к ней. — Сколько нам лет?
— Детство бывает лишь раз в жизни. Наслаждайся.
— Вишневую колу, — сказала я барменше.
Пока мы с Ви потягивали свои напитки, повернувшись и наслаждаясь возбуждением перед концертом, к бару плавно подошла стройная блондинка с растрепанным — и сексуальным — пучком на голове. Она положила локти на стойку и мельком взглянула на меня. На ней было богемное платье с безупречным шиком хиппи.
Если не считать ярко-красной помады, она была без макияжа, что привлекало мое внимание к ее полным, надутым губам. Задержав свой взгляд на сцене, она сказала, — Не видела вас, девочки, здесь раньше. Вы здесь впервые?
— А тебе какое дело? — сказала Ви.
Девушка рассмеялась, и хотя звук был мягким и звенящим, из-за него у меня на шее волосы встали дыбом.
— Старшеклассницы? — предположила она.
Ви сузила глаза. — Может быть, а может и нет. А ты…?
На лице блондинки блеснула улыбка. — Дабрия. — Она внимательно посмотрела на меня. — Слышала о твоей амнезии. Какая жалость.
Я подавилась своей вишневой Колой.
Ви сказала, — Ты кого-то мне напоминаешь. Но вот имя незнакомое. — Она оценивающе поджала губы.
В ответ Дабрия холодно взглянула на Ви, и ни с того ни с сего всё подозрение на лице Ви рассеялось, оставив ее спокойной, как водную гладь. — Я никогда в жизни тебя не видела. Мы встретились впервые, — монотонно произнесла Ви.
Я свирепо посмотрела на Дабрию. — Мы можем поговорить? Наедине?
— Думала, ты никогда не предложишь, — беззаботно ответила она.
Я проталкивалась в коридор к туалетам. Когда мы выбрались из толпы, я повернулась к Дабрии. — Во-первых, перестань играть с разумом моей лучшей подруги. Во-вторых, что ты здесь делаешь? И, в-третьих, ты намного красивее, чем Патч мне показывал. — Наверное, не стоило говорить о последнем, но теперь, когда мы с Дабрией были одни, я была не в настроении ходить вокруг да около. Лучше сразу же перейти к сути.
Ее рот искривился в самодовольной ухмылке. — А ты явно немного проще, чем та, кого я помню.
Внезапно мне захотелось быть одетой во что-то утонченнее, чем джинсы бойфренда, футболку с граффити и шапку в стиле милитари. Я сказала, — Чтобы прояснить: для него с тобой все кончено.
Дабрия осмотрела свой маникюр, прежде чем взглянуть на меня сквозь опущенные ресницы. С очевидным сожалением она произнесла, — Жаль, что я не могу сказать то же самое про себя.
Я же говорила тебе! Зло подумала я, обращаясь к Патчу.
— Неразделенная любовь — это ужасно, — просто констатировала я.
— Он здесь? — Дабрия вытянула шею, чтобы осмотреть толпу.
— Нет. Но я уверена, что ты уже знала это, ведь ты его преследуешь.