Девушки переглянулись и та, что спрашивала мужа, встала и принялась копаться в шкафчике, вытаскивая прибор и ватку с кровоостанавливающим лекарством. Затем уколола мой палец и выжала капельку крови на стёклышко в агрегате, уже через минуту он замигал зелёной лампочкой, показывая, что всё в порядке.
— Ну вот. Всё отлично, — она цапнула какую-то бумагу и приготовилась заполнять.
— Василиса Район Сол Рокотова, урожденная Виндзор, — подойдя к ней ближе, чтобы видеть, что она пишет, супруг диктовал мои данные, — фермерское село семьдесят два, родственники: муж Герман Рокотов. Детей нет, пока, — он обернулся и лукаво мне подмигнул, — Немая. Полный комплект. Тебе же не делали операции в Лагере? — он встревоженно взглянул на меня, я отрицательно покачала головой, — прививки не делались год. Мы можем идти?
— Да конечно, — девушка прикрепила вылезшую из прибора бумажку к исписанному листку с моими данными.
— Ох, сослужит нам плохую службу эта бюрократия, — негромко пробурчал любимый, когда мы выходили, — к Каре? — я кивнула в ответ.
Подруга лежала во второй комнатке от входа. Там находились только койка и машина поддерживающая жизнедеятельность организма, я огляделась в поисках возможности подключения аппарата к соседнему больному, памятуя о рассказе врача, и увидела, что между стеной палатки и шторкой зазор и можно было видеть другую лежанку. Мулатка разглядывала, с отсутствующим видом, потолок и поначалу даже не обратив внимания, кто пришел. Когда она всё же перевела на нас взор, на мордахе засияла наисчастливейшая лыба.
— Асенька, — я присела на край лежанки и сжала её ладонь в своей, — я так рада, что ты пришла, мне без тебя тут было очень тошно.
— Я Герман, муж Аси, — представился супруг, я подняла на него непонимающие очи, но сообразила, что по легенде они не знакомы.
— Очень приятно… — сначала на лице подруги тоже отразилось недоумение, сменившееся прозрением.
— Не буду вам мешать. Ася я подожду тебя на улице. Только помните, что это всё же лечебница и не стоит громко говорить, дабы никому не докучать, — многозначительно окинул нас взглядом, любимый, отодвинул полог и вышел.
— Как ты тут? — написала.
— Лучше, только зад болит от уколов, — смешливо фыркнула девушка, — ты-то как? — её глаза лучились лукавством.
— Замечательно, — я решила не отвечать на её скрытый вопрос, — знаешь, что Риши скоро уходит на задание?
— Да, он меня поставил в известность. Я вообще-то опасаюсь этого, — тихо продолжила подруга, — а то возьмутся мне анализы делать.
— Риши сказал, что не сможет тебя выписать до своего ухода. Не переживай я буду к тебе приходить и Герман обещал следить, чтобы всё было хорошо. Я никому не позволю тебя обидеть. Сейчас Герман будет меня учить стрелять. Не представляю этого действа.
— Надо бы. А то я умучалась с тобой, пока мы жили в городе. Оберегай тебя как цветочек, — раз она шутила, значит всё было не так плохо. Похлопав меня по руке, подруга молвила, — ну иди. Придёшь после обеда? — я кивнула, — ну иди, иди.
Оглянувшись на прощание, я вышла из комнаты, а затем и из палатки. Супруг расположился у входа, ковыряя носком огромного ботинка землю.
— Готова? — я, улыбнувшись, сначала пожала плечами, а затем отрицательно мотнула черепушкой, — вот и чудненько, что готова, — произнёс он, обдавая меня теплом своей обворожительной улыбки, взял за запястье и повёл вглубь леса.
Мы прилично попетляли по бору, пока перед нами не открылась небольшая полянка. Она была скрыта от посторонних глаз высокими деревьями и плотным кустарником. Муж взялся ковыряться в бесконечных карманах своих штанов, извлекая на свет божий кучу непонятных мне вещей. Там была маленькая коробочка, значение которой мне было не ведомо, патроны, небольшой пистолет, охотничий тесак. Он долго рылся пока не нашел любовно обструганную деревяшку формой похожей на нож.
— Я подумал, что начинать надо не с огнестрела. Давай попробуем с этим, — он вертел на ладони найденную вещь, — сама хоть не поранишься.
— Тебя хоть не пораню, — написала я ему, меня обидело пренебрежение и недооценка моих способностей. Он улыбнулся и протянул мне деревянный нож.
— Отходи и нападай.