Интересно, она действительно приехала только затем, чтобы составить психологический портрет убийцы, или у нее есть другая задача? Желает ли кто-то изучить изнутри работу следственного отдела Энска? Нельзя сказать, что отдел работает совершенно идеально, как по учебнику, но здесь нет серьезных нарушений. Сложно распространить коррупцию и беззаконие в городе, где не за что давать взятки и работать нечестно. Нет в Энске большого бизнеса, очередей, конкурсов, аукционов. Полторы тысячи человек, из них только двое получают зарплату выше средней по стране: золотодобытчик Ковалев и владелец порта Хомутецкий. Город населен либо нерешительными трусами, не способными оторваться от корней, либо детьми и стариками, не обладающими возможностями оторваться от корней.
Макс помыл посуду и поставил ее на сушилку, а после отправился смывать с себя очередной рабочий день, наполненный одновременно однообразием и новыми чувствами. Горячие струи били по спине, плавно стекали по обнаженному телу, унося с собой усталость и мысли. Голова очищалась для того, чтобы свободной упасть на подушку. Макс давно научился освобождать сознание – обязательное условие для крепкого сна, а он – основа эффективной деятельности. Не то чтобы он относился к фанатам философских течений, скорее, это результат жизненного опыта и множества бессонных ночей в юности. В абсолютной тишине и темноте, под теплым одеялом, Макс заснул всего за несколько минут.
***
На заснеженной улице Энгельса горело несколько фонарей и окно кухни просторного дома семейства Плотниковых. Отец и мать, как и двое младших детей, давно спали, а старшая сидела за столом и проверяла детские контрольные работы. Ее глаза уже слипались, но она продолжала водить ручкой по строчкам, отслеживая правильность решения задач. Цифры, арифметические знаки, буквы сливались в единое пятно, но она обещала ребятам проверить контрольные на этой неделе, а завтра уже пятница. Осталось всего несколько тетрадей, и можно отправляться спать. Завтра на работу к восьми утра, и очень тяжело вставать с теплой уютной кровати, когда за окном темнота непроглядная и холод, что до костей пробирает.
Когда стрелки часов перевалили за полночь, Ольга, учительница математики в средней школе номер 7, выделила красной ручкой ошибку, допущенную учеником в задаче, поставила оценку «четыре» и закрыла последнюю тетрадь. Девушка встала из-за стола и потянулась, чтобы размять затекшие мышцы. Перед тем как покинуть кухню, она убрала школьные тетрадки в портфель, допила остывший кофе. В спальню Ольга прошла через ванную, где почистила зубы и умылась. На несколько мгновений вода ободрила ее, но лишь до тех пор, пока девушка не переоделась в теплую и мягкую пижаму и не скрылась под толстым пуховым одеялом.
Ольга заснула быстро, без лишних тревог и раздумий. Таковые бы присутствовали, если бы ее сонное сознание заметило Его за окном на улице. Некий силуэт, весь в черном, стоял в тени, его лицо было скрыто шарфом, и только холодные глаза, не отрываясь, наблюдали за девушкой. Когда она покинула кухню и перешла в спальню, и тень сменила местоположение. Он ступал тихо, под его тяжелыми ботинками даже снег не хрустел. Он словно приведение, дух, не имеющий материальной оболочки. Когда женщина бегала рукой по тетрадным листам, он пристально смотрел за ее тонкими пальчиками, а когда она сняла домашний свитер и оголила тело, то скулы Его напряглись. В сознании возникли образы, представления, как он водит по нежной коже руками, как впитывает пьянящий аромат тела. Он целует и ласкает, а она стонет и кричит. Вот он обхватывает ее тонкую шею, запутывает свои пальцы в длинных темных волосах. Под ним она извивается, такая нежная и слабая, беззащитная. Сопротивляется, но все безуспешно. Он сильнее, он ее раздавит.
Глава 4
9 декабря 2016. Пятница
В то первое утро в гостинице Саша проснулась вместе с будильником. Отработанным движением она выключила звонящий телефон и уставилась в незнакомый потолок. Дома у нее гладкое белое полотно, без изъянов и неточностей. В гостинице потолок штукатуренный, с паутиной трещин, с известкой, местами отвалившейся от времени. Саша прислушалась, но ни один звук не раздражал ее слуховые рецепторы, кроме ударов собственного сердца. Она бы точно не смогла жить здесь, подумала женщина и встала с кровати. Ноги в теплых носках коснулись пола, но все равно почувствовали, как он холоден. Александра всю жизнь существует в условиях мороза, но за тридцать шесть лет так и не привыкла к нему.