Следователь, Алексей Викторович, выругался.
- Когда он может убить в следующий раз?
Саша пожала плечами.
- Промежуток между преступлениями сильно сокращается с каждым разом. Сначала это был почти год, а теперь три месяца. Не исключено что следующую жертву он уже изучает и планирует ее похищение.
- И когда? - спросил следователь.
- Не знаю. Может быть завтра а может через неделю или через месяц.
Алексей Викторович еще раз окинул взглядом снежные просторы, посмотрел на тело и дал указание вести ее в морг.
- Он будет охотиться только за молодыми брюнетками.
- Да это явно его типаж. Но, если все девушки до двадцати пяти лет перекрасятся в блондинок, то он все равно может на них нападать. И переключиться на женщин старше. Его желание убить, становится все сильнее. Скорее всего, уже не способен его контролировать. Если не сможет подобраться к нужной девушке может напасть на любую.
- Это хорошо. – неожиданно для всех сказал Макс и на него уставилось несколько пар глаз.
- Это значит, что он совершит ошибку.
- Да. Но чтобы найти ее нам нужно еще одно убийство. – проговорил, скорее для себя, чем для всех, Алексей Викторович и направился к машине.
Тело девушки унесли, следователь уехал, за ним же собрался и Женя, но Макс его остановил.
- У нас нет криминалистов ребята, так что осматривать место преступления будем мы с вами. Нужно проверить реку и береговую линию.
- Да на улице холод собачий. – возмутился Женя.
- У меня в машине есть тулуп, если хочешь.
- Нет.
Для осмотра решили разделиться. Федя и Женя осматривали левый и правый берега, а Саша с Максом замерзшую реку. К глубокому сожалению всей следственной группы, на снегу не осталось никаких следов, так как под утро поднялся сильный ветер. Вообще никто не надеялся найти хоть, что-то, хоть малейшую частицу, хоть сломанную ветку, хоть след от колес. Все понимали, погода играет против них, да и сам преступник умен.
- Не расскажешь? – неожиданно спросил Макс у Саши, когда они уже минут пять осматривали лед в полной тишине.
- О чем? – спросила Саша, хотя понимала к чему клонит опер. Он хочет знать о той панической атаке, что у нее случилась, когда она шла к телу.
- Не увиливай. Я о том, что с тобой случилось, когда ты вышла из машины.
- Я же сказала, голова закружилась.
Он ей не верил. Это было ясно и по выражению лица, и по взгляду и по тому, что он остановил ее схватив за руку.
- Послушай, я не ради праздного интереса спрашиваю. Ты со мной работаешь, я надеюсь на тебя, завишу от тебя и твоей работоспособности. Если у тебя какие-то проблемы, мне надо знать.
Макс врал. И ей и себе самому. Ни так уж и сильно он зависел от нее в работе. Всю информацию, необходимую для расследования, что она могла дать, Саша уже дала. По-хорошему, ее можно отпустить домой, и пригласить уже когда поймают подозреваемого. Или даже прислать ей видеозапись с его допросом. И дураку ведь ясно, что ей здесь плохо. От холода, от людей, от всей ситуации в целом. Но, во-первых, он совсем не хочет ее отпускать, а во-вторых, ему действительно интересно, что происходит с этой замкнутой, странной женщиной, способной совершенно отстраненным тоном говорить о мертвой девушке в момент, когда стоит над ее трупом, и одновременно, жутко испугавшейся веревки возле собственной двери.
- Ты преувеличиваешь уровень моего влияния на твое расследование. – сказала Саша, освобождая свою руку. Женщина снова опустила глаза на лед и пошла вперед, сильно стараясь увидеть хоть что-то важное на нем но ничего кроме снега и трещин здесь не было.
Как и Макс с Сашей, Федор и Женя шли и смотрели себе под ноги. Никто из них не видел вдалеке темный внедорожник и человека в нем с биноклем наблюдавшим за ними. Он уже был здесь, ночью, когда привез тело, потом уехал, но так и не смог заснуть. Ему не терпелось увидеть, узнать, что будут думать и делать те, кто обнаружат ее. И они делали все, как он и думал. Смотрели на нее, сверху, а она лежала, униженная, раздетая, пристыженная. Теперь-то она знает, как нужно себя правильно вести.