Макс, посмотрел на Сашу и как обычно не понял, что она чувствует. Ее лицо опять ничего не выражало, она казалась фарфоровой куклой, смотрящей пустыми глазами. Его жена коллекционировала таких, они сидели на комоде в спальне и смотрели мертвым взглядом. Прекрасны и бездушны. Всегда улыбаются, они должны были вызывать чувство восхищения, но внутри Макса они задевали лишь струны тревоги, когда ночами смотрели на него в лунном свете.
- Что скажешь? – спросил мужчина, когда они сели в машину.
- О чем?
- Мог кто-то из них убить ее?
И тут ее взгляд изменился. Она сильно удивилась, уставилась на него во все глаза. Удивление сменилось осуждением, и Макс буквально кожей почувствовал, все, что она думает о том, как он мог вообще предположить нечто подобное. Эта семья страдает, а он обвинил их в убийстве. А потом обычное выражение лица вернулось. Профессионализм взял верх.
- Странно, что именно ты задал этот вопрос. – сказала женщина вместо ответа.
- Почему?
Макс включил ближний свет, и лучи фар разрезали темноту. Снег, который утром медленно и плавно опускался на землю, сейчас, буквально летел к ее поверхности. Ко всему прочему поднялся сильный ветер. Надвигалась вьюга.
- Ты практически всю жизнь вырос с этим людьми. Тебе было сложно приять мысль о существовании серийного убийцы в городе, а теперь ты и вовсе предполагаешь, что родные люди были способны убить свою дочь.
- У нас тут девяносто девять процентов всех убитых стали таковыми от рук ближайших родственников.
Макс бегло глянул на женщину, но его взгляд зацепился вовсе не за ее любопытные глаза, а за мужчину позади. Он убирал снег. В снегопад. Невольно, Макс задумался о том, что синоптики обещали очень много снега и, как бы завтра не пришлось добираться на работу на снегоходе.
- То есть ты по-прежнему сомневаешься в версии с маньяком?
- Я прорабатываю все версии, а ты так и не ответила на вопрос.
Саша улыбнулась, а Макс отметил, что улыбка у нее очень красивая. Но главное, что она, наверное, впервые при нем улыбается. Это открытие даже отвлекло его от вопроса, что смешного он мог сказать. Совершенно не важным стало, почему его спутница улыбается, важнее, то что она это делает.
- Я не увидела неискренности в них.
Саша ожидала какой угодно реакции, но только не то, что Макс выйдет из машины у куда-то уйдет. На секунду ей показалось, что он собирается вернуться к Плотниковым, что забыл о чем-то спросить, однако он только обошел машину и сквозь ветер направился вдоль улицы. Саша не сразу, но заметила мужчину в куртке с лопатой. Сначала она подумала, что это глупо, убирать снег в снегопад, а потом вспомнила, как один из коллег, живущий в поселке, говорил о том, что если не убирать снег сразу, то потом рискуешь просто не выбраться из дома.
Андрей каким-то шестым чувством ощутил присутствие другого человека позади себя, обернулся и увидел мужчину, съежившегося от сильных порывов ветра.
- Андрей, верно? – спросил мужчина.
- Да. – ответил мужчина и оперся на лопату.
- Я Шульгин Максим, старший оперуполномоченный, веду дело Плотниковой Ольги.
Теперь Андрей его вспомнил. Ведь это именно он приходил несколько дней назад с той самой женщиной, что приехала из Якутска. Невольно Андрей посмотрел за спину мужчины, чтобы увидеть в машине, стоявшей у дома Плотниковых, пассажира.
- Олю нашли?
- Мы можем поговорить у вас дома? – порыв ветра практически заглушил то, что сказал опер, но Андрей догадался о смысле по обрывкам слов. Мужчина ответил утвердительно и направился к калитке.
- Я только позову свою коллегу.