- Как проходит сеанс психотерапии?
Психолог, человек, который может подстроиться, практически под каждого. Сашина специализация позволяет ей понимать серийных убийц. И вот один из них сидит перед ней и хочет откровенничать. На своей территории. В своем логове. К черту страх.
- Клиент рассказывает о себе и своей ситуации, психотерапевт задает вопросы, уточняет непонятные моменты.
- Зачем? Какова цель всего этого? Просто поговорить?
Кажется, у Камского, человека убившего пять женщин, общего гораздо больше с обычными людьми, чем казалось раньше.
- Работа с специалистом позволяет лучше, глубже, понять проблему и найти способ совладания с ней.
Вячеслав озорно ухмыльнулся. Оказалось, все гораздо более проще, чем он думал.
- Тогда приступим. - воодушевленно сообщил он. - Я убиваю людей. Думаю, многие считают это проблемой.
Саша сглотнула ком. Перед глазами мелькнуло тело Ольги, замерзшее, заледенелое, мертвое.
- Вы ведь не любых людей убиваете, есть определенный типаж. Девушки, молодые, брюнетки. Почему они?
- Вопрос не верный, доктор. - уверенно заявил.
Камский хозяин положения. И потому что он в своем доме, и потому что он вольно сидит в своем кресле, и потому что у него в руках пистолет.
- Я не доктор. - поправила его. - А какой вопрос верный?
- Почему люди считают это проблемой.
Он ведет, такие правила. Ему нравиться быть главным. Саша встречала таких клиентов, их мало. Обычно люди скромничают, чувствуют себя неуверенно перед терапевтом. Но есть малый процент тех, знающих больше чем психолог. Они приходят поумничать, показать, что специалист, вовсе не специалист. Саша правила игры знает и принимает их.
- Как вы думаете, почему?
- Потому что они их не знают. Они не знают, какими были эти женщины. Мы живем тут в маленьком, отдаленном городке. Все думают, что люди тут хорошие, добрые, отзывчивые. Считается, что греховные пороки - удел больших городов, а здесь все тихо и мирно. Но нет. В тихом омуте чертей гораздо больше, чем кто либо мог подумать. И даже если на весь белый свет рассказать, какими были эти женщины, эти тупицы слепые, жители Энска, не поверят.
- Я не житель Энска. Какими они были?
- Шлюхами. - резко и зло заявил.
Саша вспомнила свои мысли. Он наказывал их, выставлял напоказ. Отсюда поза эмбриона - они, как бы прятались от стыда. Сворачивались в клубок, желая стать меньше, исчезнуть, чтобы люди не смотрели. Отсюда обнаженные, ведь он их осуждал, хотел, чтобы совесть их грызла за то, какими они были.
- Согласна с вами. У этих женщин была низкая социальная ответственность.
- Очень политкорректно, доктор. - усмехнулся.
- Почему вы зовете меня доктором, хотя знаете, что я им не являюсь.
- А, кстати, почему? Ведь такие как я, психопаты, больные люди. Почему вы выбрали психологию, а не психиатрию?
Со стороны могло показаться, что это разговор двух знакомых за чашечкой чая. Два нормальных человека, в нормальной ситуации общаются на нормальные темы. Загвоздка только в том, что ничего нормального во всей этой картине нет было. Камский психопат, в любой момент может убить ее. Душа. в интерпретации Саши, психика другого - потемки. Можно только с определенной степенью вероятности догадываться, но никогда нельзя быть уверенным в представлениях о другом. Каким бы классным Саша не была специалистом, она не может гарантировать самой себе, что правильно понимает его игру. От того в ней был не нормально огромный страх. Как же она боялась. Внутри все дрожало, сидела в кресле напротив и цепенела. Если бы он сказал - вставай и иди, она бы не смогла с места сдвинуться. Еще чуть-чуть и нервы сдадут. Ее попытки абстрагироваться, представить, будто это сеанс терапии провалились.
- Не прошла по баллам в медицинский.
- Врете ведь. - раскусил ее еще до того, как Саша сама поняла это.
- Нет, это правда.
- Но только от части. Ведь так?
Камский говорил о том, о чем любят говорить психологи. Об ответственности за результат деятельности. Если у человека что-то не получилось, то это потому что он не сильно старался. И нужно разбираться в глубинных сопротивлениях. Чертов психоанализ и Фрейд. Нет, Саша не согласна. Жизнь ведь гораздо сложнее и иногда обстоятельства сильнее.