Скорее бы наступило завтра.
Глава 3
Субботним утром я стояла на пустынной деревенской остановке, которая представляла собой полуразвалившуюся лавочку и столб линий электропередач с прибитой на нём дощечкой с расписанием рейсов автобуса. Суббота и воскресенье – утром и вечером, ни больше, ни меньше. Помнится, были времена, когда и того не было: кто-то ходил пешком, а кто-то, кому больше повезло с деньгами, ездили на машине. Моя семья относилась ко второй категории, благодаря отцовской зарплате.
За плечами у меня висел рюкзак, в котором находился папин фотоаппарат, один из дневников, и блокнот со списком покупок. Хоть я и считала свой телефон незаменимым помощником, но делать списки покупок мне всё же было привычнее на бумаге. Перед выходом я открыла холодильник и немногочисленные полки на кухне и поняла, что если не куплю что-нибудь из еды, то от меня сбежит даже кошка.
На часах было уже девять пятнадцать. Автобус запаздывал. Я стояла и бессмысленно выводила линии носком кроссовок на земле, как вдруг моё внимание привлёк какой-то странный мужчина. В любое другое время я не сочла бы его походку, как у пьяного, чем-то странным. Возможно, он и был пьяным. Он медленно шёл вдоль чьего-то забора, пальцами левой руки касался его шероховатой деревянной поверхности и пристально смотрел мне в глаза. Расстояние между нами было достаточным, чтобы я не смогла детально разглядеть его лицо, но вот неуместную красную нитку на его шее и запястье я заметила. На нём была когда-то белая майка-алкоголичка, теперь вся в непонятных жёлтых пятнах, с поверх накинутой лёгкой, болотного цвета рубашкой. Штаны в тон рубашке, грязные и потёртые на коленках. И эти красные нити, создающие впечатление будто перед тобой член религиозной секты. Наверное, мы так друг на друга и смотрели, если бы вдалеке не послышался шум приближающегося автобуса. Я отвлеклась от мужчины буквально на мгновение, но этого хватило, чтобы он испарился.
Я садилась в автобус с непонятной мне тревогой. Надо же, испугалась деревенского бродяги. И, тем не менее задумалась, заперла ли я дом.
Автобус в город вёз меня одну. Будто Харон, перевозящий душу умершего человека с одного берега реки, на другой. Словно бы для усиления ощущения мрачности внутри, над уже пустыми осенними полями сгущались тяжёлые тучи. Вот-вот должен был пойти дождь. Я плотней укуталась в ветровку и прижала к себе рюкзак. В наушниках играл тяжёлый рок. Отличное комбо для назревания желания драматично попасть в аварию и умереть. Я невольно поморщилась своим тёмным мыслям, прогоняя их прочь.
Дорога до города занимала чуть больше часа, но если ехать на таком кряхтящем как этот автобусе, то целых полтора. На самом деле мне было дико возвращаться в людные места. Хоть мой родной город и не был столицей страны, а значит жизнь в нём текла чуть более размеренно и спокойно, но всё же более бурно, чем в деревне, из которой я не выезжала целый месяц. С приближением к городу и появлением первых многоэтажек, я начала ёрзать в сиденье. Появилось ощущение, будто бы я возвращалась после долгих летних каникул, чтобы вновь пойти в ненавистную мне школу, оставляя позади нечто хорошее и приятное. Странное ощущение, будто я не вернусь. Наверное, чем больше проводишь время в дикой местности, тем волнительнее возвращаться в общество. Ты будто становишься дикарём и тебе больше нет места среди других людей, их идиотских правил и установок.
Когда автобус, наконец, прибыл на многолюдный автовокзал, я с растерянностью вышла из него, оглянусь по сторонам, не зная, с чего начать своё пребывание в городе. Как будто все планы, которые я настроила накануне вечером, растворились в людской суматохе. Мимо неуклюже «проплывали» толпы людей, цепляя друг друга своими старыми тележками, набитыми едой и вещами сумками, спеша, кто куда. Мне не терпелось покинуть это душное место.
Взяв себя в руки, я решила первым делом поехать в контору переводов для того, чтобы забрать зарплату, а затем мне нужно было найти салон, в котором мне проявили бы отцовскую плёнку. Не теряя ни минуты, я отправилась на очередную автобусную остановку и стала ждать транспорт, вспоминая, что менеджер в конторе совсем недавно предлагал мне работу в ней на полную ставку, со своим рабочим местом и всеми вытекающими плюшками, в виде полного социального пакета. Он хвалил меня за качественные переводы сложных текстов. Я скромно принимала похвалу, думая о том, что языки всегда давались мне легко. Не будь у меня расстроенно душевное равновесие, я запросто освоила бы ещё парочку, но элементарно не видела во всём этом смысла. Я ощущала себя запертой в клетке, пределы которой ограничивались съёмной квартирой, работой и прошлым, которое никуда не отпускало. Планы и мечты о будущем меня не касались.