И вот уже около года встречается с Витторией Лейб. Не самый традиционный выбор для темного эльфа, особенно высшего. Тейн-старший успел выдать замуж двух дочерей, а старшему сыну выгодную партию так и не устроил. С чего бы? В Треверберге полным-полно высших темных эльфиек, которые с руками оторвали бы завидного жениха. Характер у него, конечно, не сахар, но девушкам из традиционных семей прививают абсолютное послушание, и вряд ли это им помешает.
Анна успела доесть сэндвич и пила содовую воду из стеклянной бутылки, просматривая глянцевый женский журнал.
– Скажи, а что там с отравленным мужчиной? – заговорила Алисия. – Как там его? Адам…
Пухлые губки детектива Монфорт приоткрылись в немом удивлении.
– Элли, ты что, не слышала?
– Надеюсь, он жив-здоров?
– Более чем. В противном случае он вряд ли сбежал бы из больницы, умудрившись оставить с носом карауливших палату полицейских.
– Что? – ахнула детектив Кантер. – Сбежал?! Когда это произошло?
– Прошлым вечером. Достал медицинский халат и преспокойно вышел из палаты, даже не скрывая лица. Наверное, воспользовался суматохой, которая в такой час для отделения интенсивной терапии – обычное дело.
– Прошлым вечером, – глухо повторила Алисия, глядя в пустую чашку из-под кофе. – Прошлым вечером убили Альберту Пэйдж.
Анна сделала щедрый глоток содовой воды и, перевернув страницу журнала, углубилась в чтение гороскопа.
– От госпиталя имени Люси Тревер до «Луны и солнца» около сорока минут езды. Он мог взять такси, но вряд ли стал бы рисковать, водитель – потенциальный свидетель. Мог стащить велосипед или пройтись пешком. Вот только зачем ему ее убивать?
– Не знаю. Но совпадение странное, согласись.
– Верно. Напомни, Элли, когда у тебя день рождения?
– Десятого сентября.
– А, ты Дева! Тут пишут, что на этой неделе ты можешь завязать романтическое знакомство или даже встретить свою любовь…
Часом позже
Гаспар, дождавшийся приобретенного больше недели назад обеденного стола, отправился домой для того, чтобы встретить грузчиков, и Алисия осталась в кабинете одна. Срочная работа была сделана, отчеты ждали до завтра, а то и до послезавтра. Визит в супермаркет она откладывала с пятницы, и холодильник выглядел тоскливо. А еще не помешало бы позвонить насчет ежегодного техосмотра служебного «форда» и «переобуть» машину в зимние покрышки. Но детектив Кантер сидела за своим столом и смотрела на обложку лежавшей поверх стопки чистых блокнотов книги. Изображенную на ней рыжеволосую девушку со связанными руками не видел разве что слепой житель Треверберга. Роман «Рождение Юноны» красовался в витринах книжных магазинов, на рекламных тумбах возле автобусных остановок, в глянцевых журналах. Его показывали по главному городскому каналу, о нем рассказывали на радио.
В субботу Алисия все же приобрела книгу и сегодня утром за кофе дочитала последнюю страницу. История оставила у нее жуткое, удушающее послевкусие обернувшегося реальностью кошмарного сна. Даже внезапная смерть Гарольда, за одну секунду выбившая почву из-под ног и перевернувшая знакомый мир, по сравнению с этим ощущением казалась нежной щекоткой. Детектив Кантер вглядывалась в силуэт рыжеволосой девушки, в ее профиль и пыталась понять, что делать дальше. Записка, полученная в саду оперного театра, до сих пор лежала в бумажнике. В свете последних событий это вещественное доказательство. Она полицейский, носит значок детектива, произнесла слова присяги, поклявшись соблюдать свой долг при любых обстоятельствах. Но как она объяснит появление этой записки? Как ответит на вопросы, которые неизбежно возникнут у криминалистов? Расскажет историю, в которую никто в здравом уме не поверит?
Алисия достала из ящика стола справочник внутренних номеров участка, нашла нужный и подняла телефонную трубку.
– Детектив Лоуренс Уайт, – ответили на другом конце провода после трех гудков.
– Привет, это Алисия. Рэй… офицер Лок на месте?
– Они с Вики уехали минут двадцать назад. Поможет ей собрать вещи, а потом довезет до главного вокзала. Она улетает к отцу в Штаты на несколько недель.
– Да, Анна мне говорила. Жаль, что я его не застала. В котором часу он приезжает на работу?
– Между семью и восемью утра. Завтра может опоздать, у него срочные дела в банке. Если это по поводу Юнониного папочки, смело говори мне. Я все передам в кратчайшие сроки.