– Да, обращенные любят трофеи. Кто-то ограничивается зеркалами из храмового серебра, а кто-то бальзамирует трупы своих жертв.
Лоуренс хохотнул.
– Смотрю, тебе понравилась эта идея?
– Сказать по правде, меня она пугает. Равно как и остальные детали этого дела. Этот псих бродит где-то здесь, совсем рядом, но мы и понятия не имеем, кем он может быть. За все время работы в полиции я встречал много странного, но вампир, издевающийся над рыжеволосыми женщинами, а потом сохраняющий их трупы – это уже чересчур.
– Вроде как твой отец родился в вампирском клане?
– Не просто родился, а жил там много лет. И даже встречался с обращенной женщиной.
– Ага, так, значит, бегать за бессмертными красотками – это у тебя в генах. Если он родился и жил много лет в вампирском клане, – торопливо продолжил детектив Уайт, не позволяя другу вставить слово, – то должен разбираться в вещах из храмового серебра. Отнеси ему эту штуковину и спроси, откуда, по его мнению, она взялась. Может, он узнает чью-то работу.
– Спрошу обязательно. Как насчет того, чтобы позавтракать?
– Мы завтракали час назад, мужик.
– Это было давно. Не волнуйся за свой кошелек, Уайт. Сегодня плачу я.
– Щедро. Чего не сделаешь ради того, чтобы еще разок расспросить друга об Алисии Кантер.
Рэй спрятал найденное в столе зеркало в задний карман джинсов.
– На случай, если ты забыл, куда тебе нужно идти…
– … в «Уютный Треверберг», конечно. Я закажу шикарный греческий салат со свежей брынзой и стакан овощного сока. К слову, вчера я говорил с Алисией, и она просила твой домашний номер.
Изумление, отразившееся на лице друга, не сумел бы сыграть самый талантливый актер.
– Чего? – озадаченно спросил он. – Просила мой номер? Домашний? Зачем?
– Вот уж не знаю, мужик. Но она была страшно возбуж… в смысле, взволнована.
– Почему ты не сказал мне об этом с утра?!
– Потому что ты явился в мой кабинет с горящими глазами и потащил осматривать дом Альберты Пэйдж. А еще я решил, что ты скучаешь по Вики и не думаешь о других женщинах. Пока что. Мы с Вагнером заключили пари, гадаем, на сколько тебя хватит. Его на пару недель перепоручили мне. До того, как Лиза подыщет нового наставника. Я клятвенно пообещал воспитывать будущего офицера полиции Треверберга так строго, как смогу.
– Я передумал. Мы возвращаемся на работу. До обеда нужно переделать кучу всего. А еще я должен поговорить с Анной и доходчиво объяснить ей, как нужно осматривать дом жертвы убийства.
– Ты идешь в правильном направлении, друг мой. Еще немного – и заветные пятьдесят долларов будут моими, а Вагнер получит свой урок. Не нужно заключать пари с тем, кто знает офицера Рэймонда Лока как облупленного. Ты не забыл, где находится кабинет детектива Кантер? Ее напарник сегодня на работу не явился, так что вы сможете уединиться и поговорить по душам. Остановимся где-нибудь по дороге и купим цветы? А что насчет шоколадных конфет?
– Уайт?
– Да, согласен, конфеты – это слишком откровенный намек. Но можно купить фигурный мармелад…
– Иди нахер.
Несколькими часами позже
К великому огорчению Рэя, Алисии Кантер в кабинете не оказалось. Дежурный офицер сообщил, что она уехала около девяти, сославшись на личные дела, и вряд ли вернется до завтра. На памяти Лоуренса такое вампирша позволяла себе впервые. Да и личных дел как таковых у нее не было, об этом знали все коллеги, с которыми она близко общалась. Ни семьи, ни детей, ни мужчины, ни финансовых проблем. Только кошки, которых следовало кормить, и комнатные растения, которые следовало поливать. Алисия, как многие сотрудники отдела по борьбе с наркотиками, время от времени занималась благотворительностью, в частности, читала лекции перед старшеклассниками. В дни лекций она уходила с работы на пару часов раньше обычного, но не до обеда – и уж точно не в девять утра. Детектив Уайт посоветовал другу угомониться, но Рэй, верный своей привычке делать все и всем назло (включая самого себя), позвонил Лизе Спатаро, руководителю отдела по борьбе с наркотиками. От Лизы он тоже ничего не добился и хмурый, как грозовая туча, вернулся в свой кабинет. Спустя полтора часа Лоуренс, успевший проголодаться, явился к офицеру Локу и застал его за работой.
– Нахрен обед, – буркнул Рэй, не поднимая головы от бумаг. – Я говорил с Анной. Она сказала, что они облазили каждый уголок проклятого дома, и что последнее существо, которое будет учить ее, как работать – это я. И напомнила мне, что она была моей наставницей, а не наоборот. Как тебе такое?