Но Иноки не рассматривали сюжет Брока Леснара и Акебоно в долгосрочной перспективе. Они хотели, чтобы я выиграл в обычном ТВ-матче. Я не мог поверить свои ушам. Зачем я должен убивать потенциально крутой фьюд в одном матче на бесплатном ТВ?
Тогда я понял одну из причин, почему Стив Остин так разозлился в тот день в Атланте, когда WWE решили выбросить наш первый матч на Monday Night Raw.
Я упрямый ублюдок, поэтому настоял, чтобы мы сделали так называемый «грязный конец», чтобы можно было повторить матч позднее и закончить его чисто. Я хотел, чтобы мы с Большим Чадом сделали все стандартные споты для больших рестлеров, а потом в нужный момент я ударил бы его поясом IWGP. Иноки уговаривали меня просто выиграть у Большого Чада, но я изматывал их до тех пор, пока они не согласились на мой вариант.
В общем, Большой Чад и я вышли на ринг и сделали все типичные для больших, мощных парней приемы. Например, блоки плечами, когда никто не падает, или спот, когда я отталкиваюсь от каната и врезаюсь в Большого Чада, или он врезается в меня, но мы остаемся на ногах и смотрим друг другу в глаза.
В концовке я ударил по его огромной дыне поясом чемпиона, как и планировалось. Большой Чад свалился на маты, я накрыл его, и все зрители замолкли. Наступила мертвая тишина. Толпа не издавала ни звука. Они не купились. Зрители заплатили не за «грязный конец», они слишком умны, чтобы купиться на такую неестественную победу хила. Я допустил тупейшую ошибку!
Рефери упал на колени и начал отсчет, и я сказал Большому Чаду: «Вырвись, сукин сын, вырвись». Раз… два… и за сотую долю секунды до последнего удара Большой Чад выбросил руку в воздух, а зрители взревели и вскочили на ноги.
Мы закончили матч каким-то бессмысленным образом, что только разозлило Иноки, но, по крайней мере, Большой Чад постарался выдать наилучший матч. Учитывая всю предысторию, матч действительно выдался на славу.
Я не удивился тому, что мы с Большим Чадом смогли сделать достойный матч. Мы оба тренированные атлеты и с гордостью носим это звание. Меня удивило то, что Иноки не попытались заставить мне проиграть пояс перед выездом из Японии. Наверное, они не хотели зажимать меня в угол, потому что мне уже не нравилась ситуация с оплатой моей работы.
Я считал поездку в Японию умным решением, потому что настоял на частной перевозке, размещении в отелях высшего уровня и компенсации всяких других расходов. Если мне предстояло работать в другой половине мира, я хотел бы, чтобы я чувствовал себя там комфортно.
Частью моего договора с New Japan была работа по предоплате. Мои юристы создали целевой счет в американском банке, и согласно договору я летел в Японию только после того, как Иноки переводили деньги на этот счет. По окончании матча деньги переводились на мой личный счет, так что мне не приходилось волноваться об оплате своего труда в Японии. Эта схема работала… какое-то время.
Перед одним из матчей я не получил полной предоплаты, но все равно сел на самолет. Я решил, что нужен Иноки, ведь я был чемпионом, но все же не собирался выходить на ринг, пока не получу подтверждения, что вся сумма переведена на счет в американском банке. Что здесь могло пойти не так?
Много чего. Но я должен был сам это понимать. Судьба преподнесла мне еще один урок. И, наверное, красочную историю для этой книги.
По окончании матча Иноки погрузили меня в автобус с остальными рестлерами, который поехал в аэропорт. Что за фигня? Мой контракт обязывал их предоставлять мне машину и водителя, чтобы забирать и отвозить в аэропорт. Поездка в автобусе была настоящим испытанием, и я не хотел в него ввязываться. Иноки не могли не понимать, что я не собираюсь ездить на автобусах, поэтому я не мог понять, почему они так обращаются со своим чемпионом в тяжелом весе.
Что за игру они устроили?
Я знал обо всех трюках, который Иноки могли бы попытаться со мной провернуть. Брэд рассказал мне о популярном способе переговоров, который любили Иноки. Они приглашали тебя на ланч или ужин и просто смотрели на тебя, не отводя глаз, чтобы ты почувствовал себя некомфортно. Они хотят, чтобы ты разговорился и открыл свои карты и стратегию. В наши первые три встречи они именно так и делали.