Вообще, мне нравится Рэнди Кутюр. Точнее, теперь нравится. Я не хотел, чтобы его статус легенды отвлекал меня перед вступлением в восьмиугольник. Вступая в тот бой, я напоминал себе об уроке, полученном в матче с Уэсом Хэндом. Я не хотел относиться к Рэнди с уважением. Он стоял на моем пути, был препятствием к званию чемпиона UFC в тяжелом весе. Рэнди Кутюр мешал мне обеспечить хорошую жизнь семье, и поэтому я хотел размазать его.
В восьмиугольнике с Рэнди ты сражаешься не только с ним, ты бьешься со всеми его титулами и достижениями в мире смешанных единоборств. Любой может испугаться его послужного списка или проявить чрезмерное почтение к такому заслуженному бойцу. Но я понимал, что стоит мне подумать: «Ух ты, это Рэнди Кутюр, он сделал то-то и то-то» — как со мной покончат. Я бы проиграл бой еще до его начала.
Я сказал себе: «Я знаю, что умеет Рэнди Кутюр. Теперь надо понять, чего он не умеет». В этом заключается разница между мной и другими бойцами, которых он победил. Вступая в восьмиугольник, я не ставил Рэнди на пьедестал. Я даже не рассматривал его как равного себе. Я смотрел на него как на парня, которого смогу победить. У меня не было сомнений, что я лучший боец, заслуживший стать чемпионом.
Когда я выходил на бой, все зрители активно меня освистывали. Я вспомнил деньки в роли хила в WWE. Фанаты UFC не хотели, чтобы их героя победил «фальшивый» рестлер WWE. Они хотели, чтобы Рэнди указал мне мое место, надрал зад и отправил посылкой в дом Винса МакМэна.
Стоило Кутюру появиться на глазах у зрителей, как крики «Рэнди! Рэнди! Рэнди!» заполнили арену. Зрители поддерживали Кутюра столь же яростно, сколь и освистывали меня. Я наслаждался каждой секундой этой сцены. Я знал, что одержу победу. Я набрал максимальную форму к этому бою. Уверенность в своих силах зашкаливала. Посмотрев в другой конец восьмиугольника, я увидел человека, которого через несколько минут уничтожу и лишу чемпионского пояса. Всего несколько минут отделяло меня и мою семью от жизни, о которой я мечтал для них.
Во время первого раунда, следуя совету тренеров, я пытался понять Рэнди. Могу ли я прижать его к клетке? Могу ли перевести в партер? Дает ли он мне шансы атаковать?
Пока я разбирался в тактике Рэнди, он воспользовался своими старыми, проверенными методами и попытался прижать меня к клетке, чтобы использовать свои грязные удары. Но я это предвидел, нанес встречный удар и перевел на маты, где смог получить контроль над ситуацией. Все трое судей отдали победу в этом раунде мне.
В начале второго раунда я зацепил Рэнди правой рукой, но он ушел от атаки и встретил меня своей правой, вызвав рассечение над моим глазом. Увидев кровь, Рэнди решил, что сломал меня, и бросился добивать. Тогда я сделал свой ход. Я нанес удар по его левому уху, и он упал.
Едва Рэнди рухнул на ринг, я накинулся на него. Я знал, что мне представился шанс добить его, и не собирался отпускать, пока рефери Марио Ямасаки, не оттащил меня и не объявил победителем. Я безжалостно избил Кутюра. Это было похоже на охоту. Я не собирался давать ему возможность убежать. Я продолжал выбрасывать удары со всей силой. Я чувствовал, что от победы меня отделяют считанные мгновения.
И тогда Ямасаки остановил схватку, объявив, что Кутюр не в состоянии адекватно защищаться от моих атак. Легенда была побеждена. Я стал чемпионом мира в тяжелом весе по версии UFC!
Победа над Рэнди Кутюром стала для меня важным моментом, но в подсознании я думал только о том, как бы снова встретиться с Фрэнком Миром. Хотя выигрыш пояса чемпиона был лучшим моментом в моей карьере, поражение от Фрэнка в первом же бое не давало мне покоя.
UFC не отказалось от попыток назначить «промежуточного» чемпиона, который впоследствии сразился бы со мной за титул неоспоримого чемпиона. Должен признать, Дана Уайт и планировщик матчей в UFC Джо Силва знали, что делают. Бой за звание промежуточного чемпиона проходил между Антонио «Минотавром» Ногейрой и, как вы уже догадались, моим старым приятелем Фрэнком Миром.
Я очень хотел выступить против Ногейры, потому что мне было бы удобно работать в восьмиугольнике с бойцом его стиля. Он боец старой школы, наслаждающийся самим боем, такой же психологией воина обладает Рэнди Кутюр. Но как сильно бы я ни хотел испытать свои силы против Антонио, еще больше я хотел выбить весь дух из Фрэнка Мира. Я хотел отомстить за свое поражение. Оно принесло мне слишком много боли.
На бое Ногейры и Фрэнка я сидел в первом ряду и активно поддерживал Мира.