Селене обработали, зашили и перебинтовали левую руку. Смазали болеутоляющей мазью несколько крупных синяков.
Орме досталось больше всех. Хоть она и молчала всю дорогу, я точно разглядел пулевое ранение в ее правом боку. А в лаборатории выяснилось, что у нее внутреннее кровотечение, легкий вывих левого плеча и два треснувших ребра. Еще и синяки с кровоподтеками. Не забыли и про рану на щеке, оставленную ножом. Даже с учетом того, что она сражалась с тем человеком, покрытая металлом, помогло это лишь частично. Видимо, бионическая рука пробила даже ее броню. Пулю из бока достали, рану обработали и перевязали.
Вскоре нас, включая Рена и Лию, собрали в зале совещаний. Питерсон, слегка хромая, вошел и встал во главе стола, оперевшись ладонями о его край. Я бы позлорадствовал, но сил совсем не было. А вот у генерала их было полно.
– Вы ослушались приказа и не явились на базу после завершения миссии в Фрояре. Из-за чего подвергли угрозе не только себя, но и важный объект, – кивнув на меня. – И позволили этому Титану забрать ценный материал!
Объект? Он назвал меня объектом?! Черт, да я прямо здесь готов растерзать его! Отломлю от стола ножку и проткну его насквозь! Но пока только в моей голове, которую я держал с большим трудом. Глаза закрывались. Неумолимо клонило в сон.
– ...и я отстраняю вас от этого дела.
– Что?! – подскочил со своего места Рен. Подруги сидели молча. А Орма и вовсе никого не слушала. Её пустой взгляд пугал. Я посмотрел на нее. Что же случилось? Ее так напугал Титан? Нет, тут что-то другое. Что-то личное.
Я прослушал все, о чем говорили Рен и Питерсон. Уловил только конец их разговора.
– Хорошо, но, тем не менее, вы отстранены. Пусть и временно, но отстранены. Вам ясно?!
Рен, Лиа и Селена кое-как кивнули. Орма не шелохнулась. Я тоже.
– Отчеты предоставите завтра. Сейчас можете быть свободны, – он устало махнул рукой.
Я тут же, собрав все оставшиеся силы, поднялся со стула и подошел к Орме.
– Поговорим? – спросил, хотя скорее потребовал я. Девушка повернулась ко мне. Взгляд все еще был пустым. Такого я не видел у нее раньше. Словно огонь жизненной силы в один момент потух.
Еле-еле, но мы таки добрались до ее комнаты. Когда зашли, она прошла к кровати и со всего размаху упала на нее, лицом вниз. Я подошел к столу, и было собирался сесть, но она похлопала по краю.
– Ложись, не стесняйся, – не своим, каким-то тонким и скрипучим голосом сказала она. – Мы оба слишком устали, что бы соблюдать приличия.
Я, хоть и слегка покраснев, с благодарностью принял ее предложение и развалился рядом. Кровать была достаточно широкой, так что тут мог поместиться еще один человек.
Глаза тут же сами собой закрылись, но я заставил их снова открыться.
– Кто он? Человек в маске?
Но Орма уже спала. Или отлично притворялась. Волосы упали на лицо, глаза закрыты, а дыхание слегка прерывистое. Я глубоко вздохнул и кое-как накрыл ее краешком одеяла, на котором мы лежали. Силы стремительно покидали и меня. Ноги были ватными, голова тяжелой, а веки налились свинцом. Хотелось провалиться в объятия Морфея и забыть обо всем. Я прокрутил в голове события последнего дня и сам не заметил, как уснул.
А когда в следующий раз открыл глаза, под головой лежала мягкая подушка, а сверху был накинут плед. Повернув голову, я увидел Орму. Она подвинулась к изголовью кровати и накрылась одеялом. Мои глаза снова закрылись.
Я не видел снов. Только пустоту. Проснувшись во второй раз, я почувствовал прилив сил. Синяки практически не болели, как и рана на ноге. Взгляд быстро нашел Орму. Она не спала.
Облокотившись о стену, с изображением вечернего леса, она печатала что-то на ноутбуке, лежавшем на ее коленях. Я пошевелился. Девушка перевела на меня взгляд.
– Выспался?
– Да-да... Прости что я тут...
– Ничего страшного. – Она закрыла ноутбук и отложила его в сторону. Ее лицо тут же помрачнело. Я уселся поудобнее, ближе к ней. Начинать надо издалека.
– Не знаешь, как переводится "Memento mori"? Я слышал это раньше, но не помню где.
– Это латынь. – Она сцепила пальцы в замок. – "Помни о смерти".