Мы засмеялись, и я поднялся на ноги, дабы размялся. Шея затекла, а в остальном чувствовал себя прекрасно. Даже без похмелья.
– Пойду на улицу. Надо окончательно проснуться.
– Тогда я разогрею завтрак и попытаюсь привести Рена в чувство.
Поцеловав напоследок Лию в щеку, я направился к выходу.
Погода была великолепной. Чистое, безоблачное небо, толстый слой снега, холодный освежающий ветер, прочищающий мозги. Именно в такие моменты все проблемы отступают. А этот запах... Да, потрясающий запах свежести, нового утра.
Из умиротворенного состояния меня вывели голоса. Тихий шепот доносился с балкона на втором этаже. А потом ветер пригнал запах мятных сигарет.
– Я понимаю, сколько он для тебя значит. Но если вмешаешься, всё будет только хуже. Для всех нас. – Селена едва сдерживалась, пытаясь не говорить громче, чем следовало.
– А то что? – Тон Ормы был явно недовольным. – Арестуешь меня?
– Нет. Но не я, так они. Тебя станут расценивать как угрозу.
– Если ему промыли мозги, я должна его брать, не они.
– Почему? – Судя по звуку, Селена ударила по деревянным перилам ладонью. Орма ответила через несколько секунд.
– У меня самые большие шансы выжить.
Затем обе снова замолчали. Я прижался к входной двери, пытаясь не выдавать своего присутствия.
– Я делаю необходимое во избежание худшего, – сказала наконец Орма, и я увидел, как с балкона полетел черный бычок от сигареты.
– И этим ты себя успокаиваешь?
Орма не ответила, покинув балкон. Это я понял по хлопнувшей двери. Через несколько минут вторая девушка тоже зашла в дом. Наконец-то! А то я уже знатно продрог на этом холоде!
Вернувшись в дом, я облегченно вздохнул. Мороз морозом, а в тепле гораздо лучше.
Орма как раз спускалась со второго этажа. Я едва успел проскочить на кухню. Там уже сидел Рен. Лиа хлопотала рядом, ставя на стол кофе, салаты и другие оставшиеся закуски. Парень выглядел, мягко говоря, не очень. Всклоченные волосы, помятое лицо, потерянный взгляд. Олицетворение похмелья.
Орма, войдя на кухню, сразу принялась готовить свою порцию кофе. Я уселся через один стул от Рена. Лиа мигом поставила передо мной тарелку. В кухне царило молчание. Наложив себе еды, я принялся есть. Желудок благодарно заурчал. Снова посмотрев на Рена, я едва сдержал улыбку. Парню явно нельзя пить.
Потом в кухню вошла Селена. Напомнив, во сколько мы улетаем, она тоже села завтракать.
Покончив с едой, все принялись собираться. Вещей было немного, да и еды убавилось, так что обратная дорога отняла гораздо меньше сил. Тем более что шли мы вниз по склону. Самолет ждали около пятнадцати минут. За это время даже успели обсудить прекрасно проведенные "каникулы" и Рождество. Рен все еще иногда зависал, смотря в одну точку. Я похлопал друга по плечу и рассмеялся. Даже Селена сказала, что ему надо знать меру.
Вернувшись на базу, все разбрелись по комнатам. Бросив сумку с вещами на кровать, я устало сел рядом.
– Сара?
– Здравствуй, Люк, – ответил женский голос.
– Здравствуй. Появилась новая информация о Титане?
– К сожалению, нет.
– А сестры Даймонд и Лукас?
– Сестры Даймонд совершили нападение на одну из ведущих лабораторий OСА. четыре дня назад.
– Да, это я и так знаю, – устало потерев глаза. – Когда ближайшее собрание?
– Через три часа.
– Понял, спасибо.
Придется снова пережить это. Генерал обсуждает одно и то же, собрание за собранием. Да, Титан взял образец моей крови, его дело наконец связали с другими атаками айджей на центры OСА и военные объекты. Зевса тоже приписали. Но какова его цель? Новых данных так и не поступило. И кто знает, когда он осуществит свой план? Да и что собой представляет этот "план"?
Когда я пришел на собрание, остальные уже были там. А так же тот, кого я никак не ожидал увидеть. Магнус сидел, закинув ноги на стол, как это всегда делала Орма. Светлые волосы были в полном беспорядке, от закуренной сигареты поднимался дымок. Одет он был в жилет с множеством карманов, черные штаны и громоздкие ботинки. Во все оружии, так сказать. Помимо него присутствовал Бойд. Судя по выражению его лица, он был чем-то недоволен. Орма сидела рядом с Селеной. Рен недалеко от них. Лиа как раз махнула мне рукой, призывая сесть между ними.