Начинаю задыхаться.
— Титан…
— Да или нет, Эм? — его твердая грудь вибрирует напротив моей от его слов. Его глаза впиваются в мои, почти пылая от ярости. Он сжимает челюсти и тяжело дышит.
Я так возбуждена.
И моё тело начинает разогреваться от выпитого.
— А что, если бы я это сделала? — приподнимаю подбородок, подталкивая его.
Сегодня вечером я позволила парню говорить со мной свысока, но Титану я этого не позволю. Он не выше меня.
Он наклоняет голову набок и отпускает меня. Делаю глубокий вдох, когда он проводит костяшками пальцев по моей ключице. Они опускаются ниже, к груди, и нежно ласкают сосок через платье, тот мгновенно твердеет.
— Ревнуешь? — бросаю вызов его молчанию.
Это из-за алкоголя. Он придает мне больше уверенности, чем обычно, когда я нахожусь рядом с Титаном. Темные Короли далеки от ревности к чему бы то ни было, не говоря уже о том, чтобы ревновать другого мужчину к женщине.
— А что, если ревную?
Открываю рот, чтобы рассмеяться, но его большой палец, пробегающий по моему набухшему соску, заменяет смех стоном.
— Ммм? — он протягивает руку и распускает мой пучок, позволяя волосам упасть мне на грудь. Он откидывает их назад, мне на плечи. — Что, если я скажу, что весь вечер не думал ни о чем, кроме тебя?
Просто смотрю на него снизу вверх. Наполовину ошеломленная, наполовину в шоке.
— Что, если скажу тебе, что мысль о том, что ты встречалась с ним, разозлила меня?
Титан кладёт руки на стекло по обе стороны от моей головы, словно загоняя в угол. Я ловлю себя на том, что тянусь к нему. Мои руки сжимают его рубашку, притягивая ближе. Молча умоляя о нем. Я облизываю онемевшие губы.
— Я бы сказала, что ты лжёшь, — мой голос звучит хрипло.
У меня так плохо получается изображать недотрогу. И я слишком пьяна, чтобы понять, издевается он надо мной или нет. Или, может быть, я просто хочу, чтобы это было по-настоящему. Чтобы он хотел меня так же, как я хотела его много лет назад.
Титан ухмыляется.
— Я докажу тебе это, — он наклоняется, хватает шелковую ткань и разрывает моё платье, заставляя меня ахнуть.
— Мне понравилось это платье.
— Я куплю тебе ещё десяток таких же, — его губы встречаются с моими, руки обхватывают мои бедра, и он отрывает меня от пола, а я обхватываю его ногами.
Титан
Хотел бы, чтобы то, что я сказал ей, было ложью, но это не так. Я не думал ни о чем, кроме неё, с тех пор, как Джейкоб выбрал её.
На что бы она пошла ради денег?
Я знаю, в каком отчаянии она была. Как она умоляла Боунса и меня помочь ей. Что бы она сделала с незнакомцем, который заплатил бы ей всё, что угодно?
Несу её в спальню, отталкиваю от себя, и она падает спиной на мою кровать. Разорванное чёрное платье едва держится на её худеньком теле. Её твёрдые соски прижимаются к чёрному шелку. Она смотрит на меня снизу вверх и облизывает губы, когда её взгляд падает на мои брюки. Мой член твёрдый, как камень, и можно отчетливо видеть его очертания.
Протягиваю руку и расстегиваю ремень. Она приподнимается, опираясь на локти.
— Ты так и не ответила на мой вопрос.
— Хм? — Эмили прикусывает нижнюю губу, не отрывая взгляда от моих брюк, внимательно наблюдая, как я расстегиваю молнию.
— Он прикасался к тебе?
Её взгляд скользит по моей рубашке и встречается с моим.
— Нет, — она опускается на колени. — Он ко мне не прикасался.
Её руки тянутся к моей рубашке, и она начинает расстегивать её.
— Ты выглядишь разочарованным.
Хватаю её за запястья, останавливая её действия.
— Я…
— Ты думаешь, я стала бы заниматься проституцией? — она склоняет голову набок.
— Думаю, ты в отчаянии.
Эмили запрокидывает голову и смеется так, что её грудь подпрыгивает. У меня руки чешутся сорвать с неё то, что осталось от этого платья.
— Разве мы все не отчаянно в чем-то нуждаемся?
Мои брови сходятся на переносице.
— Что это значит?
— Чего ты всегда хотел, Титан? — прежде чем я успеваю ответить, она продолжает: — Чего ты всегда хотел, ради чего был готов на всё?
Мне даже не нужно думать об этом.
— Тебя.
Ответ очень прост и банален, и, как бы я ни старался его игнорировать, она знает, что я хотел её, но она выбрала Боунса. И что теперь? Это не имеет значения. Я сделаю её своей сегодня вечером, а завтра столкнусь с последствиями этого.
Эмили высвобождает свои запястья из моих рук и широко разводит их в стороны.
— Ну, вот и я. Вопрос в том, что ты собираешься со мной делать?
Вот оно. Я должен сказать ей «нет» и сейчас всё закончить. Если бы она не трахалась с моим другом все эти годы, я бы принял её предложение. Но она это делала, так что я не могу.