— Ты делал это раньше? — я затаиваю дыхание.
Мне не нравится, как по спине пробегает жар, когда я готовлюсь к тому, что он скажет «да».
— Нет. Но я бы солгал, если бы сказал, что не хотел сделать это с тобой, — он прижимается бедрами к моей заднице, и я дрожу, когда чувствую, какой он твёрдый.
Чувствую, как напряжение покидает моё тело, зная, что он никогда не делал этого раньше.
— Как долго?
— Столько, сколько они захотят. Саб – это тот, кто привязан к столу. Обнаженный. Широко открытый и уязвимый. Но у него есть вся власть. Саб говорит, что с него хватит, когда он хочет остановиться, и Доминант останавливается.
Закрываю глаза.
— Сделаешь это со мной?
Его руки поднимаются по моей шее и сжимают волосы. Титан медленно отводит мою голову назад, и, представляя картину, которую он только что нарисовал для меня, я уже задыхаюсь. Это звучит захватывающе.
— Разденься для меня, Эм, — он отстраняется, даже не потрудившись усомниться в моих словах.
Расстегиваю ботинки и скидываю их вместе с джинсовыми шортами и футболкой, после лифчик и нижнее белье. Я стою обнаженная лицом к столу. Моё сердце бешено колотится, а ладони вспотели. Титан молча стоит у меня за спиной, но я чувствую на себе его взгляд.
— Заползай на стол и ложись на спину, — приказывает он.
Я подчиняюсь.
Он подходит к изножью стола и широко разводит мои ноги, перекидывает мою правую лодыжку через ремень и пристегивает меня ремнем. Внутри они подбиты мехом, поэтому в них прохладно и мягко. Тоже самое с другой лодыжкой.
Затем Титан подходит ко мне и застегивает другой ремень на моих бедрах, который туго затягивается, прижимая меня к столу.
Его глаза встречаются с моими, когда он приподнимает меня за шею.
— Посмотри вверх, — приказывает он, и я делаю, как он говорит, запрокидывая голову.
На моё горло надевают ещё один толстый ремень, и я сглатываю, когда он застегивает его.
Прерывисто вздыхаю.
— Ты в порядке?
Собираюсь кивнуть, но не могу – толстый кожаный ремешок на шее мешает мне двигаться. Мне приходится держать голову откинутой назад.
— Д-да, — заикаюсь, а затем кашляю, чтобы прочистить горло.
Титан заводит мои руки за голову и закрепляет их.
Я туго натянута и пристегнута ремнями.
Дыхание задерживается. Моё сердце бешено колотится. На лбу и груди у меня выступают капельки пота, а спина прилипает к чёрной коже.
Титан кладет руки мне на бедра, и я подпрыгиваю. Наклоняясь, он смотрит на меня сверху вниз.
— Ты дашь мне знать, когда боль перевесит удовольствие. Поняла?
Боль?
Думала, речь идёт об оргазмах. Чувствую, что это был бы глупый вопрос, поэтому я просто отвечаю.
— Да.
— Твое стоп-слово – чёрный. Повтори его.
Стоп-слово?
— Моё стоп-слово – черный.
Титан кивает.
— Хорошая девочка, — он уходит, оставляя меня одну, привязанную к столу, и я слышу, как он идёт в другом конце комнаты. Выдвигается и закрывается ящик, затем я слышу, как он возвращается ко мне.
— После каждого оргазма я буду спрашивать тебя, в порядке ли ты. Скажи «да», если ответ положительный, и «черный», если хочешь, чтобы я остановился. Поняла?
— Да, — облизываю губы и слышу вибрирующий звук. — Что это…?
Что-то прижимается к моей киске, и моё тело выгибается дугой. Вскрикиваю, когда это ощущение щекочет мой клитор.
— О Боже… — начинаю задыхаться.
Моё тело борется с ограничениями. То, что несколько секунд назад казалось прохладным, теперь ощущается как уколы иголок.
— Тита… — кончаю ещё до того, как успеваю произнести его имя. Сильнее и быстрее, чем я когда-либо делала.
Ощущение внезапно пропадает, и моё тело оседает на стол.
— Ты в порядке?
Я вспотела, тяжело дышу, и каждый сантиметр моей кожи становится особенно чувствительным.
— Дааааа.
На этот раз я чувствую, как его пальцы раздвигают меня пошире, прежде чем он вводит в меня два пальца, снова прикладывая вибратор к моему клитору. Он трахает меня пальцами, и эта потрясающая игрушка выводит меня на совершенно новый уровень. Комната кружится. Мои глаза закрываются, и я дышу так тяжело, что мне кажется, будто у меня учащенное дыхание.
Я кончаю снова.
— Ты в порядке? — слышу его голос издалека.
— Да, — хриплю я.
Почему мой голос звучит хрипло? У меня болит горло. Моё тело снова напрягается. Я на новой волне. Не хочу, чтобы это останавливалось. Когда-либо. Я бы стала его сабмиссив, даже если бы для этого пришлось привязаться к столу. Его голос становится все тише и тише, но я всегда говорю «да». Я всегда хочу большего.