— Добрый вечер, Найджел, — говорю, подходя к единственному лифту и прикладываю к нему свою карточку, и дверь открывается.
— О, сэр. Хотел сообщить вам, что Эмили присоединилась к Жасмин во Дворце, — говорит он, когда дверь закрывается.
Перевожу взгляд на Боунса, и тот пожимает плечами. Он тоже впервые слышит об этом. Королевам разрешается присоединяться к другим, когда они выполняют работу, но это должно быть одобрено мной, тогда им обоим будет предоставлен доступ, и каждая получит соответствующую оплату. Но сегодня вечером я этого не делал.
Прикладываю свою карточку к клавиатуре и нажимаю шестнадцатый этаж.
Похоже, мы сделаем остановку.
Выходим из лифта и подходим к двери Дворца. Я набираю код и вхожу в комнату, Боунс следует за мной. Мы сразу слышим их смех, и я ненавижу себя за то, что так соскучился по смеху Эмили. Она не смеялась с тех пор, как умерла её мать.
Мы заходим в открытую комнату и видим, что они лежат на полу: Эмили на животе, приподнявшись на локтях и дрыгая ногами, Жасмин на спине, уставившись в потолок. С мобильного телефона, лежащего на полу рядом с Эмили, доносится песня «Porn Star Dancing» группы My Darkest Days. Мы с Боунсом быстро осматриваем комнату в поисках клиента, но его не видим. Должно быть, он уже получил свое обслуживание и на сегодня закончил. При мысли о том, что Эмили присоединилась к ним, у меня скрежещут зубы. Единственный человек, с которым я могу делиться ею, сейчас стоит рядом со мной.
— Боже, помнишь тот раз, когда мы прокололи шины Трентону и разбили окна? — Жасмин смеется.
— Конечно. Ты заставила меня выпить перед этим.
— Нет. Нет. Нет, — та тоже переворачивается на живот. — Перед этим я засунула тебе в глотку первый коктейль, но ты охотно сама проглотила второй и третий, — они обе хихикают. — Боже, он был в бешенстве, — продолжает Жасмин, — услышал нас и выбежал на улицу с битой.
— Ага, а ты широко раскинула руки и сказал: «Замахнись, ублюдок». почти уверена, что он наложил в штаны, когда увидел, что это ты разбила его драгоценную машину.
Эмили поднимается на ноги, и я замечаю, как она спотыкается. Она пьяна. И чтобы ещё раз доказать мою правоту, она идёт к бару.
Эмили
— Он был зол, — смеюсь, добавляя немного водки в свой пустой стакан.
— Ага, но секс после этого был просто потрясающим, — добавляет она.
Поворачиваюсь, чтобы вернуться на свое место на полу, но останавливаюсь, когда вижу Титана и Боунса, стоящих передо мной. Они стоят бок о бок, скрестив руки на груди и широко расставив ноги.
Как долго они здесь находятся?
— У Трентона был не самый большой член, но он знал, как им пользоваться, — продолжает Жасмин. — Но он был великолепен в оральном сексе. Чёрт, почему он мне когда-то нравился?
Перевожу взгляд с Боунса на Титана и обратно. Они оба смотрят на меня, ничего не выражая, но если бы мне пришлось угадывать, я бы сказала, что они злятся, что мы здесь.
— Знаешь, что этот ублюдок всё ещё винит меня в том, что его выгнали из футбольной команды? — спрашивает она, глядя на меня снизу вверх, лежа на животе на полу. — Как будто я заставила его нюхать кокаин.
— Эм? — спрашивает Жасмин, когда я просто стою рядом.
Она оглядывается через плечо и встает на ноги, когда замечает Королей. Издав тихий смешок, она протягивает руку, берет мой полный стакан и улыбается.
— Теперь это вечеринка, — она делает глоток. — Кто первый разденется?
Боунс поднимает на неё свои голубые глаза.
— Покажи нам, на что ты способна, — он выгибает бровь, провоцируя её.
Мои глаза расширяются, и я смотрю на Титана. Жду, что он положит этому конец, но он просто стоит там. В бешенстве. Я знаю это. Последние три дня я избегала разговоров с ним о том, что сделала. Я не просила его спасать меня и не сомневаюсь в своем поступке. Этот дом был для меня ничем. Жалею только о том, что Джорджа не было, чтобы сгореть вместе с ним.
Но я также не упомянула тот факт, что он просил позволить ему любить меня. Это было то же самое, что сказать, что он любит меня? Или что сможет полюбить, если я позволю ему? Я должна была сказать ему тогда о своих чувствах, но я этого не сделала, и теперь время прошло.
— Не думаю… — нервно сглатываю, пытаясь сосредоточиться.
Помимо того, что я удивлена их присутствием, я ещё и чертовски пьяна.
Жасмин делает шаг вперед, хватает подол своей рубашки и стягивает её через голову, прежде чем бросить на пол. На ней не было лифчика, её сиськи, за которые она заплатила, выставлены на всеобщее обозрение. Боунс прочищает горло, явно пораженный её наглостью, его взгляд прикован к её груди. Её руки оказываются на джинсах, за считанные секунды она расстегивает их и сбрасывает туфли.