Женщина показала Калли золотой медальон: небольшое, замысловатое колёсико из тёмного золота на золотой же цепочке. Более прекрасной вещи Калли никогда не видела.
— Она хочет поменяться, Замстак, — подсказал мистер Сарош. — Всегда меняйся. Не зли их.
Калли замешкалась. Стеф подарил ей эту аквилу — талисман на счастье. Она была уверена, что он поймёт, но…
— В чём задержка, Замстак? — спросил мистер Сарош.
Калли объяснила своё нежелание меняться.
Мистер Сарош посмотрел на золотой медальон, который женщина предлагала.
— Это просто «на счастье» на другом языке, — сказал он Калли.
Она осторожно сняла серебряную аквилу и поменялась. Женщина поспешно, но благодарно обняла её, а затем навсегда пропала в сумраке отсека.
С тех пор Калли носила маленькое золотое колесо на шее.
Когда она вернулась домой, обратно в маленькую квартирку в Мейкполе, Стеф не возражал.
— Почти чистое золото. И стоит малость побольше, чем тот двуглавый орёл, что я тебе подарил, — восхитился он.
Её выкладка, скатка постели и ботинки были полны персиково-розового песка и его едкого графитового запаха — наследие Астроблемы, напоминание о её приключениях.
И вот, идя по израненному шоссе, Калли снова встретила этот песок, уныло струящийся из окружающей тьмы. Она ощутила во влажном воздухе тот же едкий графитовый запах, и почувствовала, как воспоминания о счастливых днях больно колотят изнутри, словно лазерные выстрелы. Все те приключения — те безобидные приключения тогда, в рядах резерва СПО, — означали веселье, учения, чувство товарищества и каждый раз — возвращение домой после недельного отсутствия к Стефу и маленькой квартирке в Мейкполе. Он тогда готовил ужин, медленно и устало после смены. Обнял её своими большими руками, поцеловал и хрипло шепнул: «С возвращением».
— Чем это пахнет? — спросил он.
— Да просто пыль. Пропитала всю одежду. Везде пролезает.
— Хорошо пахнет. По-настоящему.
Приключения. Сейчас даже упоминание о них казалось смехотворным. Настоящее приключение было здесь, всё остальное — лишь репетиция. Так она и сказала Голле. Та рассмеялась:
— Калли-детка, это и не было приключением. Просто учения резерва третьей очереди в Астроблеме.
— Но…
— Послушай Голлу, сестрёнка. Когда случаются приключения, настоящие приключения, это никогда не бывает весело.
Их отправили из Принципала в Гинекс — Мобилизованную двадцать шестую: четыре взвода под командованием мастер-сержанта по имени Чайн. Его Калли прежде не встречала. Мистера Сароша понизили до командира взвода. Лёгкая пехота: ни тяжёлого вооружения, ни артиллерии, если не считать одной-единственной автопушки, которую тащил расчёт из третьего взвода. Знакомых лиц было немного: Голла, конечно; Биндерман, похожий на птицу учитель из схолы — он был с ними, когда они встретили то племя; крутая баба из Лазаря по имени Рейсс; Иоган Фарик; Франц-Альфред Кох со своим косоглазием, упорно требующий, чтобы его нелепое имя всегда произносили полностью; Бон Иконис; Герхарт Пельце; богатенькая девочка из Верхограда, чьё имя Калли никак не могла вспомнить — Дженни, Джейни, что ли?; Кирил Антик, которому нравилось изображать из себя шута; Ларс Вульк, здоровенный бугай с Бастионов, который всё пытался убедить остальных, что он — «дурная кувалда», хотя на самом деле был младшим работником в булочной; Кевн Шардин, швей; Осрик Малдин, идиот с Конгресса, который так катастрофически обделался с установкой жилпалатки на их первых учениях в Астроблеме, что стал всеобщим посмешищем; и несколько других.
Остальные были незнакомыми, но все они оказались в этом вместе с ней.
— Привал окончен! — крикнул мастер-сержант Чайн. — Давайте, давайте! Подтягивайтесь!
Калли в это время незаметно ускользнула в дождевую канаву пописать. Она услышала крик мастер-сержанта, сидя на корточках со спущенными штанами на дне канавы, и изо всех сил постаралась быстрее опорожнить мочевой пузырь.
— Давайте! Давайте!
— Ты что там делаешь внизу? — позвала Голла. — Калли-детка?
— Писаю! — крикнула в ответ Калли. — Прикрой меня!
— Писаю! — захихикал Кирил Антик, словно услышал остроумную шутку.
— Равнение на середину, Двадцать шестая! — донёсся крик мастер-сержанта Чайна.
Всё, всё. Калли натянула штаны, застегнула ремень и начала карабкаться по склону, тщетно пытаясь уцепиться за розовый песок. Так легко соскользнув в канаву, Калли и не представляла себе, как трудно будет выбраться наверх. Начиная паниковать, она принялась трамбовать руками осыпающийся песок. В нос ударил едкий графитовый запах, песок забился под ногти.