Затем вместе развернулись и плечом к плечу поскакали прочь, по направлению к ульям.
Файсту адепт Калиен не особенно понравилась. Она была из архивов, одна из младших сотрудников Толемея. Куда бы Калиен ни шла, её ноосфера непрерывно трезвонила о сестре-близнеце Фейрике, которая только что добилась места фамулюса на «Владыке войны». Сам магос Толемей был против, чтобы Аналитика получала доступ к секвестированным катушкам, но даже магосы архивов не могли противиться адепту сеньорус. «Знание — сила» утверждала одна из самых древних поговорок Механикус, и магосы архивов ревностно оберегали эту силу.
Толемей прислал из архивов тридцать адептов, чтобы помочь Аналитике с работой. Предполагая, что это будет выглядеть великодушным жестом, демонстрацией того, как подразделения кузницы сплачиваются во время кризиса. Но Файст знал, что таких адептов, как Калиен, обычно присылают для слежки.
— Вы уже получили транслитерал для досье 618? — спросила она.
— Ещё нет, — ответил Файст.
Калиен улыбнулась:
— Могу я поинтересоваться, адепт, почему это занимает столько времени?
Файст взглянул на девушку. Во внешних отделах Аналитики было жарко и душно. Команды сервиторов присоединили десять помещений вокруг Аналитики, вставив новые двери и соединив комнаты новыми дорожками, чтобы расширить территорию и обеспечить место для резко увеличившегося персонала. Отделы учёта десятины, которые прежде занимали эти места, убрали, а пространство перестроили под нужды Аналитики. В нескольких из новых комнат возвели длинные ряды стальных столов и разложили на них досье, трактаты, распечатки, манускрипты, лотки архивных планшетов и пластин, доставленные из архивов для обработки. Файста тревожило количество данных в неинкантируемом виде и количество настолько испорченного и устаревшего материала, что его придётся распечатывать на бумаге — на бумаге! — только чтобы можно было прочесть.
Файсту пришлось переместиться в одно из внешних помещений, в отдельную комнату с отдельным столом, где он мог просматривать кучи файлов. Воздух был спёртым, поскольку команды сервиторов всё ещё подсоединяли системы циркуляции.
А теперь ещё Калиен нашла его со своими выпендрёжными вопросами.
— Что? — переспросил он.
— Транслитерал.
— Эта пачка материалов закодирована чем-то вроде ухудшенного идиолекта множественной когнаты, который системы отказываются читать. Я попросил произвести поблочное перекодирование через трансферкод. Операция займёт ещё полчаса.
Калиен улыбнулась:
— Понятно. Трансферкод. Находчиво. А я всё думала, почему Иган выбрал главой секции вас.
— Магос Иган верит в мои способности.
— И как глава секции, как вы собираетесь вести эту операцию?
Файст посмотрел на неё. Ноша, которую Иган взвалил на него и за которую Файст всё-таки был ему благодарен, была нелегка.
— Я намерен вести её твёрдо, адепт Калиен. Я намерен вести её эффективно. Твои настойчивые вопросы мешают этой эффективности.
Калиен нахмурилась. Она отправила ноосферное пожатие плечами Файсту, который небрежно отфутболил его с простым, но оскорбительным упрёком.
— Я, пожалуй, расскажу Толемею об этом оскорблении, — произнесла она.
— Делай, что хочешь. Ничего такого я не подразумевал. Я занят.
— Предполагалось, что мы будем работать в гармонии.
— Калиен… — начал он. Потом перешёл на бинарик. Двухсекундная инфоговорка содержала всё, что он хотел сказать: Слушайся меня, ты, тупая корова. Проявляй уважение, шестерни ради. Идёт война. Мы пытаемся победить. Толемей — старый пердун. Орест Принципал умирает, и мы должны найти способ остановить это. Старые данные обрабатываются медленно, нельзя ждать чуда. Спроси своего магоса, откуда мы это выкопали. Я не могу транслитерировать и половины. Я действую вслепую — данные слишком древние. Люди умирают там, снаружи, махины тоже. Это — чёртова зона боевых действий. Мы стоим на краю пропасти. Не разговаривай со мной. Ты, глупая сука. Не разговаривай со мной. Кого волнует, что твоя сестра-близнец стала фамулюсом на действующей махине. Ёшкырындык! Она может поцеловать меня в модифицированную задницу! Возвращайся к работе, ты, напыщенная дыротёрка, и дай мне результаты! Сейчас же! Сейчас же! Сейчас же!
— Ну ладно, — ответила Калиен. — Если вы так близко принимаете это к сердцу, я вернусь к своему пульту.
Она развернулась и вышла из комнаты.
Так много работы, думал Файст, глядя на древние досье. А ещё меньше способных обработчиков. Магос Иган знал, что делает, когда передал эту работу ему, хитрый дьявол. Ответственность. Задание Файсту Иган откровенно сбагрил.