— То есть?
— А он раньше мог легко выразиться, но Ирина Алексеевна его в таких случаях в ответ так виртуозно уделывала, что он, чтобы сопливым юнгой перед старым боцманом в глазах окружающих не выглядеть, использовать слова эти перестал. Да что там Каганович, она любого послать может если иначе её не понимают, никто для неё не авторитет — но у конструкторов наших, у большинства из них, она как раз авторитет непререкаемый. Другая, Ольга Дмитриевна — экономист, плановик. И она заранее планирует свои — не наши, а свои — дела так, что когда союзные планы идут наперекосяк, они, силами Девятого управления, косяки наши исправляют. Это её усилиями в тридцать втором у нас голод в стране не случился: я просил Струмилина подсчитать, и выходит, что могло у нас с голода помереть миллиона два, а то и больше — а вот не умерли. Да они там все такие: никаких приказов не исполняют, но результат показывают… я бы сказал, невероятный. Да что там, сейчас в институтах в стране половина студентов — это кто школы в Боровичах закончил. Карпинский отмечал даже, что уровень обучения у них в школах гораздо выше, чем в целом по стране. Так что… Ты лучше съезди к ним, сам посмотри — может поймешь тогда, чем они занимаются. Я, откровенно говоря, еще не совсем понял, но мне и не надо, меня результат волнует. Хотя… за их результаты я и не волнуюсь уже.
Вот Лаврентий Павлович и поехал в Боровичи. На поезде, хотя из-за этого вставать пришлось в два ночи: ночью поездов мало и литерный может быстро ехать. Но в полседьмого, в Угловке, даже литерному поезду пришлось встать. Причину задержки пояснил — когда Берия вышел на перрон размять ноги — пожилой и очень словоохотливый железнодорожник:
— Так на Боровичи-то паровозам ходу нет: далее дорога-то электрическая, а паровозы провод пожгут. И ваш поезд сперва нужно на электрический путь поставить, а у нас дизель маневровый один только, и он сейчас переставляет эшелон с щебенкой карельской. Вы тут погуляйте, в буфет зайдите — это никак не меньше получаса займет… а скорее минут сорок-сорок пять.
— Так сюда что, щебенку из Карелии везут? — удивился Лаврентий Павлович. — Ближе что, щебня не нашли?
— Дык щебень-то для бетонного завода, где шпалы делают, а туда абы какой не годится, гранит нужен. Зато шпалы будут полста лет стоять и замены не требовать!
— Шпалы бетонные? Так бетонные, наверное, много дороже деревянных?
— Ты, товарищ военный, не понимаешь. Пятьдесят лет без замены они простоят, а деревянные через пять менять надо. Так что всяко получается дешевле, даже если работу по замене шпал не считать, — он с улыбкой взглянул на удивленного такими знаниями Берию и уточнил про их источник:
— Мы тут давеча в вечерней школе как раз пример этот решали, и выходит, что бетонная шпала хоть и впятеро дороже, но обходится стране втрое дешевле деревянной…
В Боровичах Лаврентий Павлович провел целый день, причем успел (благодаря упомянутой Сталиным Ирине Алексеевне) и Тихвин посетить с новеньким вагоностроительным заводом, и Пестово, где ему показали производимую в городе очень теплую, по словам директора фабрики, одежду и где он осмотрел тамошний фармацевтический завод. Но так до конца и не понял, чем же занимается это Девятое управление. Понял только одно: его очень просили оставить прежнее название Управления «потому что очень много документов переделывать придется». А еще понял, что работники этого управления, несмотря на совершенно непролетарское происхождение большинства руководителей производств и институтов, действительно для страны делают очень много полезного…
Напоследок и товарищ Климов сообщил очень интересную информацию:
— Финны начали эвакуацию своего населения из Карелии, очевидно, что они готовятся к войне.
— Нам это известно…
— Не сомневаюсь, но кое-что наверняка вам еще неизвестно. Мало того, что это переселение финансирует Британия, так англы пообещали после начала такой войны поставить финнам до двух сотен самолетов, огромное количество боеприпасов и много различного оружия. Но с оружием не напрямую: в Финляндию оружие поставят шведы, а британцы шведам компенсируют все поставки. Кроме того, сейчас финны ведут переговоры с Германией, причем по германской инициативе… пока вроде все, а если понадобятся детали, то документы где-то к сентябрю будут доставлены в Союз. Извините, раньше ну никак не получается…
Эта информация показалась Берии довольно важной, но насколько она верна? Вернувшись в Москву (причем уже на самолете, пилотируемым Ириной Алексеевной), Лаврентий Павлович вызвал к себе Мессинга: