— На какой тапочке?
— ТАПОиЧ, тамошний авиазавод имени Чкалова. Так что все у нас будет не просто хорошо, а замечательно!
— Ага, а вот начнется война — и куда мы денемся? Гитлер вон уже Австрию присоединил… Парни наши наверняка воевать отправятся, а куда мы с детьми? Мне с каждым днем все страшнее и страшнее становится.
— Так, погляди на меня… А ты не беременна?
— А что, уже видно?
— И когда вы с Петрухой только успеваете? Он же почти все время по заграницам… ладно, пошли к Гуле: ты уже девочка очень взрослая, такое дело на самотек пускать нельзя!
— А Гуля всю неделю в мединституте, по Сашиной просьбе какого-то академика обследует.
— Ну, тебя я в военный городок на самолете точно не повезу, может на машине к ней сгоняем? Погода хорошая, минут за сорок…
— Гуля завтра уже вернется, я к ней обязательно зайду.
— А счастливый отец, кстати, где?
— Опять в Аргентину умотал… тебе, кстати, какое-то железо добывать.
— Литий.
— Нет. Тамошние ребята дорогу через Альтиплано уже до океана дотянули, и он вроде как какой-то рудник выкупил, вроде бы в Боливии.
— Медный.
— Да нет… То есть медный в Боливии он у американцев тоже купил, еще зимой, а сейчас какой-то еще. Может и не в Боливии, я все время путаю. Но уехал он в Аргентину. Вспомнила: танталовый и ниобиевый.
— Тогда это не для меня, а для Валеры и Ани. Впрочем, какая разница? Пошли обедать, я как знала и попросила рассольник сварить…
Петруха в СССР вернулся в начале мая, и вернулся очень довольным: его подопечные в Аргентине согласовали в правительстве план по строительству нескольких десятков ГЭС, которые станут собственностью государства (а потому строиться будут за госсчет) таким образом, что большая часть оборудования будет поставлена Советским Союзом.
— Там только на одной речке в Патагонии будет дюжина электростанций от одного до десяти мегаватт, а всего только в первой очереди они собираются почти сорок станций построить — а это, как ни крути, полтора года бесплатного мяса.
— Так уж и бесплатного, генераторы и турбины мы же не из воздуха брать будем, — возразила Ольга, но видно было, что и она таким результатом очень довольна.
— Ну за полцены, но главное не в этом. С этих электростанций будут снабжаться и почти все новые рудники, которые мы уже практически к работе подготовили, а это — даже если не считать пяти килотонн флюорита в месяц и пары сотен тонн бериллия в год, еще и под сотню тонн урана. Тоже в год, но курочка по зернышку…
— Петь, а я вот что спросить хотел, — прервал рассказ о зарубежных достижениях Валентин, — тут зимой Лангемака расстреляли. Ты же вроде в курсе был…
— Был, но уже потом, так что вмешаться не успел. А если бы с документами следователей раньше был знаком, то и вообще не вмешался бы. Видишь ли, товарищ Сухов, у людей бывают самые разнообразные хобби. Вася, например, мечтает воссоздать свою «ласточку» и семимильными шагами к реализации мечты так прёт, что у нас уже три своих автозавода работают. Ира женщин наших обшивает, и давно уже законодательницей женской моды стала. А у товарища Лангемака хобби было более экзотическое: он собирал дорогие вещи, причем предпочитал импортные, преимущественно германского производства. По делу РНИИ только в приговоре Георгия Эриховича было сказано «с конфискацией всего ему лично принадлежащего имущества». Потому что имущество это на двух грузовиках вывозили, а по предварительной оценке оно сильно превысило в денежном выражении триста тысяч. И, что характерно, довольно много из конфискованного ему почему-то немцы просто подарили. Ну почему бы не подарить хорошему человеку пару инкунабул, так? Вдобавок он Победоносцева еще оклеветал на два-три расстрела без права переписки, но по счастью с ним и без меня разобрались, извинились и отпустили.
— А Королев, Глушко? — очень недовольным голосом решила уточнить у мужа Света.
— Эти, конечно, в карман себе ничего не клали. Но пустили на ветер сильно за двести тысяч народных денег и ни хрена не сделали из того, на что им государство деньги давало. К тому же следствие выяснило, что те пороховые ракеты, за которые в тридцать третьем кучу народа в РНИИ наградили, разработали исключительно Петропавловский и Артемьев, а начальство разве что им не мешало. То есть один оказался вульгарным вором, двое — растратчиками, причем Глушко тоже оказался не при делах, ему задания Королев давал. Ну, сделали они ракету…
— Но сделали же!
— Ага, на керосине с азотной кислотой. Дальностью восемьдесят километров и с КВО в десять процентов от расстояния, да еще её к старту готовить три часа в условиях спецполигона. А нужной стране пороховой ракетой, за которую им деньги и платили, вообще не занимались последние пять лет! Кстати, Клейменову, который директором этой шараги был, вышку дали за подлог документов об испытании якобы сделанных ракет.