Часы времен! Вот они, наполовину погребенные в мокром песке. Верхушка часов торчала из песка под углом в тридцать градусов, а циферблат глубоко зарылся в ил. Мой корабль, мои врата в будущее, к миру людей!
Я шлепал и шлепал по теплому мелководью, рассеянно осознавая, что следом за мной расплескивает воду какой-то великан, но меня интересовало только одно: добраться до часов и найти способ выкопать их из песка и ила. До часов оставалось пройти совсем немного, но тут я оступился и упал. Моя рука прикоснулась к поверхности часов — особой, похожей на древесину. Я задрожал, покрылся холодным потом. Отчаяние и страх охватили меня. Я понял, что мне понадобится несколько часов, чтобы откопать часы, — если, конечно, мне будет предоставлена такая возможность!
Вдали от берега собиралась с силами массивная стена воды и готовилась к титанической атаке на сушу. Но я должен был хотя бы попытаться. Но только я начал скрести руками мокрый песок и зачем-то стал пробовать раскачать прочно завязший в иле корпус часов, как на меня легла гигантская тень, и послышался жуткий первобытный крик, разорвавший соленый туманный воздух.
Я прыгнул головой вперед, вытянув руки перед собой, и распластался на песке. Чудовищной величины плавник с размаху ударил по тому месту, где я только что сидел на корточках, и меня осыпало песком и скользкой галькой. От мощного удара корпус часов наполовину освободился из песка. Громадные челюсти задыхающегося тилозавра щелкнули рядом со мной, но ящер промахнулся. Его зубы сомкнулись на корпусе часов, наполовину погребенном в песке. Балансируя на массивных передних плавниках, тилозавр время от времени колотил по песку задней частью тела, пытаясь помочь себе выдернуть из песка и ила мои часы. Наконец машина времени поддалась и была отброшена в сторону на десяток ярдов. Примерно так человек мог бы отшвырнуть легкий стул. Часы приземлились на спину и легли циферблатом вверх.
Земля затряслась сильнее. Тилозавр снова развернулся, готовясь поймать меня, а я бросился следом за часами. Поравнявшись с ними, я стал лихорадочно искать потайной механизм, с помощью которого открывалась дверца под циферблатом. Гигантское морское чудовище зашлепало за мной. Его тело перемещалось по сырому песку в ответ на конвульсивные удары громадных плавников.
До меня доносился все нарастающий по громкости рев, и в тот момент, когда передняя панель часов бесшумно распахнулась передо мной, я запрокинул голову и увидел кошмарную стену воды, несущуюся на меня со скоростью чудовищного поезда-экспресса! Высота волны составляла не меньше пятидесяти футов, ее венчал белый гребень, и она заворачивалась и ревела, и шипела, словно все демоны ада, и была ничуть не милее их! Я нырнул головой вперед в озаренный странным светом корпус часов, и как только крышка передней панели со щелчком захлопнулась за мной, я почувствовал, как волна подхватила мое судно легко, словно игрушку, и подняла на самый гребень.
Тилозавр в то же мгновение исчез во взбесившейся толще воды. Еще мгновение — и мое сознание соединилось с разумом часов, и я начал подниматься выше, к облакам, а внизу, подо мной, гигантская волна, которую я теперь отчетливо видел через сканеры, обрушилась на берег, сметая все на своем пути…
Три дня спустя я покинул меловой период и устремился в будущее. А за три дня до отбытия я успел собрать чудесную коллекцию раковин, которая могла с лихвой заменить все находки, которые я утратил во время первого катастрофического извержения. Во второй раз я собирал раковины более внимательно и выбрал для этого полосу побережья подальше от зоны сильной сейсмической активности. Кроме того, я собрал немало крупных орехов, чтобы было чем питаться, если мое путешествие затянется.
Ах, если бы только я мог тогда предвидеть, как долго я еще не вернусь в свое родное время! Но с другой стороны, я никак не мог этого предвидеть — попросту не имел понятия, когда это сможет произойти.
На третий вечер после спасения часов, когда раскаленный диск солнца опустился за дальние, дикие и первобытные горы, я безмолвно попрощался с меловым периодом и покинул его навсегда. Я достаточно насмотрелся на все, что можно было увидеть в этом времени: на обширные, кишащие разной живностью болота, леса, джунгли, озера и океаны. С меня хватило встреч с обитателями этого доисторического мира. Невзирая на все мои научные интересы, мое привычное время звало меня к себе через века.