- Вив, глянь-ка, - тихо сказал Сайлас, указывая куда-то за ухо воина.
Я вытянула голову, но взор заслонила Вивиан. Ее каштановые волосы, затянутые в тугой пучок мешали обзору. Сделав последний стяжок, выдохнула и наложила на рану повязку с целебной мазью.
- Спасибо, - устало прошептал молодой мужчина и через мгновение потерял сознание.
- Слышала, на границе опять неспокойно, - прошептала Нестия Шторх, склонившись ко мне. Она помогала мне шить рану, отвлекая командира болтовней, а теперь, когда тот уснул, приблизилась. – Драконы опять грозят войной… Что же будет… Король ведь этого так не оставит…
Я слышала рассказ командира о том, как их разбили в Белом ущелье. Напали внезапно, не дав опомниться, и лишь чудом уцелевшие добрались до академии. О причинах нападения никто не ведал. Впрочем, о чем это я? Драконы всегда были дикими и неукротимыми. Им плевать на законы и устои. Если им почудилась угроза, они без колебаний терзали воинов и сжигали их заживо. Эти чешуйчатые твари в обличье людей – настоящие звери. Только глупые девчонки верят в их благородство и честь. Как же…
Сколько мы видели потом этих наивных дурочек с младенцами-полукровками, от которых они пытались избавиться. Всяких историй насмотрелись и наслушались. И вывод один – драконам верить нельзя. Нельзя поддаваться их чарам. Обманут, используют и бросят на погибель.
Стычки случались разные, конечно, но чтобы так… Это впервые за последние пятьдесят лет.
– Не знаю, – отстраненно прошептала я, вдруг осознав, что мечты о тихой жизни при дворе могут обратиться в прах, если драконы и впрямь объявят войну. – Нужно прокипятить иглы.
– Не увиливай, Киана, неужели тебе совсем не страшно?
Я взглянула на девушку. Конечно, страшно. У меня, в отличие от большинства в академии, нет ни родителей, ни близких, у кого можно искать поддержки. Я могу рассчитывать только на себя.
– Страшно. Но что изменит мой страх? Спасет жизнь? Если драконы нападут, от нас останется лишь горстка пепла, а изводить себя раньше времени я не хочу.
– Вот всегда ты так. Умеешь уходить от ответа. Тебе в королевский совет нужно, а не в ткачи, – надувшись, пробурчала Нестия, выхватывая из моих рук металлический поднос с использованными инструментами. Девушка быстро удалилась, а я подошла к Сайласу и Вивиан.
– О чем шепчетесь? – подкравшись, спросила я. Оба вздрогнули и недовольно посмотрели на меня.
– Посмотри, – Вив указала на странные черные бугры за ухом у воина. – На что это похоже?
Я всмотрелась в узор, напоминающий…
– Чешую?
– Мы тоже решили, что это чешуя. Но нет, это кожа, словно объятая гнилью.
Обмотав пальцы бинтами, я провела по ране, ощущая бугры и неровности, испепеляющий жар.
– Он слишком горячий… – выдохнула я и нахмурилась.
Заметив нашу троицу, к нам поспешили Максимилиан и Фабиан. Оба уже закончили свою работу. Фабиан даже умудрился срастить перелом руки совсем юному мальчишке в доспехах и латах воина.
– Что за собрание?
Над головой раздался голос Фабиана, но, не отрывая взгляда от раны, которая, казалось, немного разрослась, я потрясенно выдохнула:
– Она растет!
Теперь пятеро ткачей склонились над бледным, измученным калекой, бледным, как мрамор.
– Не трогайте руками! – приказал Макс, и Фабиан тут же перехватил мою руку, осыпая ее порошком белизны, убивающим любую заразу.
– Это похоже на драконью болезнь, – прошептал Сайлас, отступая назад. – Я слышал о таком, но никогда не видел. Говорят, это проклятие, которое драконы насылают на своих врагов.
– Проклятие? – переспросила Вивиан, скептически глядя на Сайласа. – Брось, Сайлас. Темных колдунов давно уже не осталось. Хватит верить в сказки.
– А что тогда это? – огрызнулся Сайлас, указывая на расползающуюся черноту. – Я читал о драконьей болезни в старых книгах. Там описывались схожие симптомы: жар, гниющие язвы, превращение кожи в чешую. И все это заканчивается смертью. Мучительной смертью.
Максимилиан нахмурился.
– Нужно изолировать его. Если это заразно, мы не можем допустить, чтобы болезнь распространилась.
Фабиан кивнул, соглашаясь.
– Я доложу наставникам. Пусть они решают, что делать дальше. Киана, останься здесь и следи за ним. Если что-то изменится, сразу же дай нам знать.
Оставшись одна, я внимательно изучала расползающуюся черноту. Кожа вокруг язв горела, словно внутри полыхал огонь. Больной стонал во сне, дергался, словно его мучили кошмары. Я вспомнила слова Сайласа о мучительной смерти и содрогнулась. Неужели драконы и впрямь способны на такую жестокость? Неужели они настолько ненавидят людей, что готовы наслать на них проклятие?
Мысль о войне с драконами уже не казалась такой далекой и нереальной. Если они действительно использовали драконью болезнь, значит, они перешли черту. И это могло означать только одно – кровопролития не избежать. И тогда академия станет не убежищем, а полем битвы. И всем нам придется сражаться за свою жизнь.