— То есть ты, как я догадываюсь, — Клячкин начал говорить только после того, как беспардонно плюхнулся на роскошный кожаный диван, проигнорировав стоящий у начальственного стола стул с высокой спинкой, — теперь размышляешь, что со всем с этим делать? — задав этот вопрос, он многозначительно посмотрел на пузатую бутылку с янтарным напитком, стоящую перед Полтораки.
— Именно так, — Полтораки, поймав взгляд товарища, налил два стопарика и кивнул собеседнику, мол, бери давай, — и, чтобы определиться с этим, я хотел бы услышать от тебя то, что ты не написал в этой своей справочке, — голосом он особо выделил эту самую отрицательную частицу «не». — Ну, вздрогнем!
Они синхронно опрокинули содержимое стопариков в глотки, синхронно же сморщились и начали оглядываться, ища, чем бы эту радость закусить. Но на столе Аристарха Григорьевича, естественно, ничего хоть отдалённо напоминающее что-нибудь съедобное не наблюдалось.
— Погодь, — Аристарх нажал кнопку коммуникатора и, не дожидаясь, пока секретарша ответит, громко сказал: — Вера, организуй нам быстренько закусончик, ну там сырок, колбаска… — сделал небольшую паузу и спросил, — и, кстати, как там моё распоряжение?
— Всё исполняется, — отозвалась Вероника Фёдоровна, одновременно хлопая дверью холодильника.
— Ладно, давай неси еду быстрее, — буркнул Полтораки и нажал отбой.
— С твоего позволения, начну рассказ, — алхимик кивнул на дверь, — только после того, как Вера обеспечит нас жоревом и покинет кабинет, — и, отвечая на вопросительный взгляд собеседника, добавил: — Это не для её нежных ушек…
— Понял, — сказал Полтораки, сосредоточенно разливая вискарик, — тогда давай, времени терять не будем, — он повернулся к Сергею. — Тем более, что поздно выпитая вторая…
— Знаю, знаю, — со смешком откликнулся Клячкин, — напрасно выпитая первая.
— Тогда вздрогнем! — и они дружно вздрогнули.
Серёга фыркнул и страдальчески сморщился, а Аристарх Григорьевич совсем по-босяцки занюхал выпитое обшлагом дорогого пиджака. Увидев этот характерный жест, внимательный наблюдатель мог бы предположить, что у господина Полтораки была очень насыщенная и богатая событиями жизнь. И наверняка приходилось ему носить не только дорогие пиджаки, но и одёжку поскромнее.
Как раз в этот момент дверь распахнулась, и в кабинет вплыла Вероника с подносом. Она тут же, не ожидая команды, начала выставлять на стол блюда с мясной и сырной нарезкой и прочими вкусностями.
— Я смотрю, ты и солений принесла, — довольно сказал управляющий, заинтересовано разглядывающий грибочки, огурчики и ещё какие-то закуски, как по волшебству появившиеся на столе, — умница ты моя.
— Для вас, — игриво улыбнулась секретарша, — любой каприз.
— Капризы… — Аристарх Григорьевич окинул плотоядным взглядом соблазнительный изгиб бёдер и прочие округлости своей сотрудницы, — капризы позже, — твёрдо заявил он, — сначала дела. Иди уже, — он хмыкнул, — а мы тут с Сергеем Владимировичем обкашляем кое-что… тет-на-тет, как говорят лягушатники.
Сразу после того, как за Вероникой закрылись двери кабинета, Сергей Владимирович начал говорить.
— Начну с пояснений к написанному, — он с хрустом прожевал малосольный огурчик и продолжил. — Первое: ты, наверное, обратил внимание на то, что я обозначил уровень наполнения жизненной энергией аж в девяносто пять процентов от уровня ахрамеевских пилюль?
— Да, и это меня знатно удивило, — согласился Полтораки. — Подобного совсем не ожидал, признаться.
— Так вот, я обозначил минимально возможный уровень, — брови управляющего приподнялись, выражая крайнее удивление, — а точный уровень наша аппаратура показывать отказывается напрочь. Предполагаю, что он заметно превышает показатель оригинальных Пилюль Неистощимого Источника Жизни.
— Так что там с аппаратурой? — удивление Аристарха Григорьевича становилось всё сильнее. — Поломка? Если так, то очень жаль… Сейчас нужны самые точные данные.
— Нет, анализатор работает штатно, слава богу, — улыбнулся Сергей. — Дело в этой «таблэтке»…
— Ну не тяни, рассказывай, — взмолился управляющий, разливая по третьей, — я уже извёлся весь.
— Так вот, — продолжил алхимик, — эта пилюля покрыта какой-то совершенно невообразимой изолирующей эмульсией, которая и помешала снять точные данные по энергонаполнению. Сам посуди, тесты показали, что потери энергии в течение месяца составят не более четверти процента от общей ёмкости, при том что наиболее прогрессивные составы, используемые в современной алхимии, теряют от двух до пяти процентов. А стоят они совершенно неприличных денег. Ну, ты в курсе же.