— Ян, я хотел сообщить тебе радостные известия, — бодро начал он, одновременно поднося ко рту ложку с большим куском мелко трясущегося десерта.
— Сообщай, — не менее бодро отозвался я. Признаться, пока никаких новостей от него не ожидалось, ведь с момента начала нашей операции с накопителями маны прошло немногим более недели.
— Мы уже закупили всё необходимое для изготовления накопителей, включая и гель, — гордо доложил Филя, — и даже начали производство!
— Замечательно! — эта информация меня действительно изрядно порадовала.
— Скажу больше, — продолжил Филя, лучась от гордости за свои успехи, — мы сначала предполагали распродавать накопители мелкими партиями, но когда отец предложил пробный образец одному из наших постоянных клиентов, тот на следующий день заявил, что заберёт всё!
— Охренительно! — я не ожидал такой скорости, и известия Фили меня очень обрадовали, поскольку если всё будет так, как он рассказывает, то очень скоро я буду при деньгах… Без малого двенадцать миллионов — а именно столько составит моя доля, это уже весьма заметная сумма, имея которую можно будет делать значительные инвестиции в дальнейшее развитие своих проектов.
— Мало того, — Филя был доволен собой, как никогда, — покупатель уже внёс пятидесятипроцентный аванс, а окончательный расчёт будет произведён при передаче накопителей его представителям.
— А когда накопители будут готовы к передаче? — поинтересовался я.
Не то, чтобы это было для меня так уж важно, но я не мог удержаться от попытки поточнее узнать дату, когда я, наконец, стану богатым.
— Я думаю, что дня через три-четыре, — важно просветил меня Филипок, — и у меня к тебе будет просьба, — эти слова он произнёс гораздо менее уверенно, и на лице его проявилось какое-то, я бы сказал, опасливо-нерешительное выражение. Он, похоже, боялся того, что я не пойду ему навстречу.
Вообще-то, так он свой бизнес никогда не построит, ибо ещё ничего толком даже не начав, всерьёз считает, что обречён на неудачу. В памяти услужливо всплыла фраза из популярного анекдота: «Нет, брат, с таким настроением ты слона не продашь!» — и усмехнувшись этому воспоминанию, я сказал:
— Я внимательнейшим образом тебя слушаю, — глядя на опять застеснявшегося Филю, немного наклонил голову вправо, тем самым показывая, что готов воспринять его просьбу со всей возможной благосклонностью.
— Я хотел бы… — тут он сделал паузу, наверное, собираясь с духом, и наконец выпалил:
— Поделить те деньги, что уже переданы в качестве аванса, — сказав главное, он слегка успокоился и продолжил, — за вычетом средств, затраченных на производство, разумеется.
Мне, в общем-то, было всё равно. Днём раньше или днём позже, полная сумма или её часть — всё это было для меня непринципиально, срочной потребности в деньгах не было… Так что я высказал своё согласие, чем вызвал у Филипка неподдельную радость:
— Не имею ничего против, — выразил я своё мнение, а потом на всякий случай поинтересовался:
— А чем вызвано желание получить деньги на руки уже сейчас, не дожидаясь закрытия сделки? Надеюсь, у тебя всё в порядке и никаких проблем требующих крупных финансовых вливаний внезапно не образовалось?
— Нет, — опять смутился Филя, — просто я хотел снять в городе отдельное жильё.
Мысль показалась мне свежей и интересной. Определённо, имеет смысл как следует поразмыслить на на этот счёт.
— А зачем? — мне было интересно, исходя из каких соображений Филя решил покинуть территорию училища, — это же будет дороже, чем в общаге жить, а разница в комфорте не такая уж и большая, тем более тут всё рядом…
— Понимаешь, — начал пояснять Филя. — я не могу работать в общих мастерских, когда там трётся уйма всякого левого народу, и каждый так и норовит сунуть свой нос и разузнать, чем это я занимаюсь. А если снять или купить достаточно просторный дом, то там можно будет оборудовать и мастерскую для индивидуальной работы. И тогда не придётся зависеть ещё от кого-то и терпеть то, что кто ни попадя заглядывает тебе через плечо.
На самом деле, это очень серьёзная причина, как по мне. Тем более, если Филе предстоит трудиться над моими эксклюзивными продуктами, то иметь пространство для работы, изолированное от посторонних — это условие не то, что бы желательное… Оно просто обязательное, и никак не иначе!
Кстати, моя регулярная возня в алхимических лабораториях уже тоже потихоньку возбуждает нездоровый интерес у окружающих. Пока мне удаётся отделываться от любопытных студентов и на вопросы отвечать ничего не значащими общими словами… Но, наверное, уже недалёк тот день, когда ко мне и моей работе станут приглядываться гораздо пристальнее. И не только студенты. Есть у нас по крайней мере один очень любопытный проректор, который стремится знать всё и обо всех, да…