Да что об этом говорить — я убил кучу времени, пока смог донести до сестёр смысл и суть первого упражнения Нэй Гун, того, что мне пришлось осваивать по дороге в Дмитров. А это самое простое, из тех, что я освоил. А на текущий момент я изучил их совсем не мало.
С горем пополам сёстры поняли, чем я им предлагаю заняться, и клятвенно пообещали мне работать со своими дантянями вдумчиво и регулярно.
На прощание я им пообещал, что в следующий свой визит обязательно проверю, каких успехов к тому моменту они достигнут. И если результаты меня удовлетворят, то расскажу им о следующих упражнениях.
И сейчас на лицо моё непроизвольно выползала злорадная улыбка, когда я представлял себе непоседливых и энергичных лисичек, стоящих неподвижно в 'столбе'1 в течение нескольких часов. А им придётся делать и это упражнение. Долго и регулярно.
Стояние столбом, это упражнение, не требующее практически никаких физических усилий, но требующее максимальной самодисциплины и концентрации. Ну ничего, им будет полезно.
— Будь серьёзнее! — воззвал ко мне Джекки, — польза этого упражнения огромна, ибо… — и тут он начал опять цитировать один из столь любимых им древних трактатов:
'…в глубокой древности были люди, познавшие истину, которые владели небом и землей. Левой и правой рукой они удерживали субстанции инь и ян, выдыхали и вдыхали семя-цзин и дыхание-ци.
Стояли одиноко, удерживая дух-шэнь.Мышцы их были едины. Они могли жить бесконечно долго, как небо и земля, ибо таков был их путь, познавших истину…'
— Ну, хватит, — воззвал я к этому зануде, — ты и так мне всё это декламируешь во время тренировок, так хоть сейчас бы помилосердствовал…
Джекки, как это ни странно, угомонился и замолк, а я продолжил размышлять о своих первоочередных шагах.
Теперь мне нужно будет проделать и некоторую организационную работу, чтобы род Хо стал бы моим вассалом юридически.
Но всю возню с бумажками я перевалю на «Иванова и Иванову», чьим клиентом с недавних пор я являюсь.
Кстати, завтра Филя обещал появиться, так что тут мы и узнаем, до чего он там с родичами договорился. И, если он получил добро на выход из рода, то и его вассалитет надо будет правильно зафиксировать и зарегистрировать в надлежащих инстанциях.
А ведь обрастаю людьми потихоньку, и это не может не радовать. Но теперь на меня ложится дополнительный груз по организации их деятельности, а ведь мне ещё учиться, тренироваться, осваивать работу с ци…
Торговлю, опять-таки, надо как-то возобновлять, так как деньги мои закончатся очень быстро… Миллион туда, миллион сюда, и вот в карманах опять ветер гуляет…
И, стоило мне только начать жалеть себя в связи с тем, что вопросы, требующие незамедлительного решения только множатся, а у меня по прежнему только две руки и всего одна голова, пухнущая от всяческих мыслей и планов, как в кармане завибрировал коммуникатор:
— Интересно, кто бы это мог быть? — вяло подумал я, — Дядька? Или, может быть, старый Хо решил мне вдогонку ещё чего-нибудь подбросить, проблемку какую-нибудь? Чисто чтобы я, не дай Бог, не заскучал бы по дороге домой…
Посмотрел на дисплей и, с некоторым удивлением увидел там номер, которого не было в списке контактов… Интересно, кто бы это мог быть? Неужели и до меня добрались жулики, которые давно навострились обувать доверчивых граждан, что те же цыгане?
— Чего гадать-то? — подумал я, — надо просто принять звонок, и всё станет понятно, похоже, я уже сам загоняюсь… — и нажал сенсор ответа.
— Здравствуйте, это Ян Миронович Карпов? — из динамика донёсся женский голос, но был он каким-то безжизненным, сухим, картонным. Я аж подумал, что это опять какой-то опрос общественности, проводимый муниципалитетом с помощью дешёвого бота.
С другой стороны, боты по имени к гражданам не обращаются — много чести… Значит, это не бот.
— Да, слушаю вас, — ответил я, после чего поинтересовался, — а вы, собственно, кто? — голос я не узнал, но обращались-то всё-таки ко мне.
— Это Вероника Литучая, — донеслось из динамика, и мой уставший за день мозг опять впал в ступор. Женщина звонила именно мне, но вот, хоть убейте, я не помнил никого, кто бы называл себя летучим, пусть даже и в шутку… А что касаемо этой дамы, то мне совсем не казалось, что она сейчас шутит.
— Вы хотели, чтобы я вам позвонила, — пояснила моя неизвестная собеседница, при этом голос её звучал ещё более бесцветно и потеряно, чем в начале нашего разговора.
И тут меня пронзила мысль, и, чтобы эту мысль проверить, я спросил:
— Вероника Фёдоровна?