Выбрать главу

Она упиралась, цепляясь пальцами за дверной косяк, но мужчина рывком отрывал ее от опоры и волок дальше. Ее босые ноги скользили по полу, словно она пыталась затормозить всем телом.

Не надо было долго думать, чтобы понять, что было у него на уме.

Гнев ударил в виски горячей волной. Пальцы сами сжались в кулаки, но я тут же заставил себя расслабиться. Эмоции — роскошь, которую нельзя позволить до сигнала.

Если рвану сейчас — спугну их и сорву операцию. Если промедлю… она не умрет. Это было самое важное.

Внизу, у парадного, вскоре должны были появиться Шейн и Ольфер. Мне оставалось только ждать.

Сигнал тревоги пробил ночную тишину. Мой палец непроизвольно дёрнулся на нити Ананси, но я заставил себя остаться неподвижным. Поспешность сейчас равносильна смерти.

Из комнаты, где только что тащили девушку, выскочил мужчина, торопливо застёгивающий брюки. Его лицо было искажено не страхом, а раздражением — словно его отвлекли от важного дела.

Значит, охрана не в панике. Они ждали нас.

Звуки боя донеслись через несколько секунд: рёв Ольфера, заглушаемый всплесками Потока, выстрелы Шейна. Время.

Я рванул нитями, и ортезы на ногах скрипнули, когда тело резко понеслось к окну. Стекло не стало препятствием — Ананси уже услужливо открывал мне створки.

По хорошему нужно было немедленно спешить на помощь союзникам. Но я не мог оставить девушку.

Она лежала на кровати, дрожа, с юбкой, задраной до живота. Её глаза, полные слёз, метнулись ко мне, но в них не было надежды — только животный ужас. Она уже не верила, что кто-то пришёл её спасти.

— Тише, — прошептал я, не тратя время на утешения. Нити обвили её талию, подхватили. Она вскрикнула, но звук потерялся в грохоте схватки за стеной.

Окно. Улица. Я вытащил ее нитями и опустил на крышу, с которой только что спрыгнул. Там ей ничто не должно было угрожать.

Сам же поспешил на звуки боя.

Глава 9

Я застыл в дверном проеме, оценивая бардак в гостиной. Шейн и Ольфер сражались против пятерых — очевидно, бойцами Холодной Звезды. Не абы какими, а теми, кто умел биться так, чтобы не превратить квартиру в груду щебня.

Они двигались словно тени — быстрые, резкие, но без лишнего размаха.

Шейн парировал клинок противника лезвием на пистолете, тут же отвечая ударом в солнечное сплетение, затем блокировал пластиной доспеха — и снова атаковал в ответ точным выстрелом в грудь.

Ольфер работал изящнее: его стиль напоминал танец, каждый выпад кортика — точный, без перерасхода энергии. Но даже так они едва сдерживали натиск.

Двое других держали мать и сестру Кайла.

— Остановитесь и сложите оружие или мы их прикончим! — за то время, что я спешил на шум, эта фраза прозвучала раза три.

Вот только женщины, хотя и были смертельно бледны, оставались живы — а это уже наводило на мысли.

Если бы хотели убить — давно бы сделали.

Я попробовал пустить нити Ананси к заложницам, но двое, их охранявшие, моментально среагировали. Их Поток сгустился в плотный барьер, и мои нити уперлись в невидимую стену.

Значит, уровень не ниже Шквала. Возможно, даже Буря.

Я сжал зубы. Если бы эти двое присоединились к драке, Шейн и Ольфер уже лежали бы с перерезанными глотками. Но они не двигались с места.

Инсценировка. Тянут время, играют, делая вид, что у нас есть все шансы на спасение заложников. Не позволяют испугаться и решить бежать.

Значит, ждут кого-то посильнее, кто точно скрутит нас всех одной левой.

Куда-то в спину мне заполз холодный комок — Сдвиг Тверди. Если придет такой, мы все тут сдохнем.

Но сбежать и бросить этих двоих на растерзание?

Черт.

Я не был альтруистом. Но и трусом — тоже.

Вдохнув поглубже, я крикнул:

— Шейн! Ольфер! Хватит сдерживаться — ломайте всё!

Они поняли мгновенно.

Шейн первым рванул вперёд, его кулак, обёрнутый вихрем Потока, врезался в стену. Штукатурка осыпалась, а за ней рухнула часть перекрытия, завалив одного из бойцов обломками.

Ольфер, не отставая, размахнулся клинком — и потолок над противниками треснул, обрушив люстру и балку прямо на их головы. Хаос работал на нас.

Пока они отвлекались, я выпустил нити Ана в стену за спинами тех двоих, что держали мать и сестру Кайла. Паутина впилась в бетон, сжалась — и с грохотом вырвала кусок стены вместе с рамой.

Холодный воздух с улицы ворвался в квартиру, а я уже толкал заложниц вместе с удерживавшими их бойцами в пролом, не давая охранникам опомниться.