Противники замерли в шаге от нас, осознав, что теперь мы неуязвимы. Их командир, широкоплечий детина с шрамом через бровь, плюнул.
Один из лидеров — невысокий парень с длинными, как у мартышки, руками и глазами навыкате, яростно взвизгнул:
— Трусы! — крикнул он. — Прячетесь за правилами?
Я усмехнулся.
— Не трусы, а тактики. Вы бы тоже так сделали, будь у вас мозгов.
Они окружили нас, но атаковать не решались — система «домика» была нерушима до конца испытания. Мы стояли в плотном кольце, но теперь это была их проблема, а не наша.
— Это же чистейший обман! — раздался яростный крик из рядов противника. Какой-то коренастый кадет с лицом, покрасневшим от злости, потрясал кулаком. — Такие трюки не должны работать!
Я усмехнулся, не высовываясь из-за укрытия.
— Ни одно правило не нарушено. — Голос звучал спокойно, но достаточно громко, чтобы услышали все. — Если сомневаетесь, спросите наставников.
Те уже как раз собирались в стороне, переговариваясь между собой. Они обсуждали ситуацию недолго — в конце концов, даже самые строгие из них лишь развели руками. Никаких нарушений.
— Видите? — прокомментировал я. — Всё честно.
В ответ донеслось лишь невнятное ворчание. Они злились, и это было прекрасно. Значит, моя тактика работала — враг терял хладнокровие, а в таких условиях даже самый продуманный план даёт трещину.
К тому же можно было их еще и подтолкнуть.
Я шагнул вперед, покидая пределы «домика» и поднял руки в жесте перемирия. Трое лидеров вражеских отрядов переглянулись, затем неохотно выдвинулись навстречу.
Их бойцы замерли в готовности, пальцы сжимали рукояти клинков, но нападать на парламентера никто не думал.
— Если хочешь, чтобы твой отряд ушел целым, — первым заговорил мартышка, кажется его звали Огарин или как-то так, — отдай все флаги.
Я усмехнулся.
— По правилам мы уже в безопасности. А когда энергия флагов кончится, нападать на нас вам не будет никакого смысла, только зря потратить время и силы. Я готов оказаться на последнем месте, а вы? У вас же мы ночью выкрали немало флагов, да? Если будете стоять здесь, рискуете оказаться в хвосте списка.
Второй лидер, его звали Маркан, неожиданно похожий на меня как лицом, так и комплекцией, фыркнул:
— Это из-за тебя мы в таком дерьме!
— Правила никто не нарушал, — парировал я. — Наставники подтвердят.
Третий, молчавший до этого, кадет с холодными серыми глазами, его имени я не знал, нахмурился.
— Он прав. Нам нужно думать, как набрать флаги, а не тратить время на осаду.
— Ты что, ведешься на его бред? — взорвался Маркан. — Если будешь слушать этого ублюдка, наш союз закончится здесь и сейчас!
Огарин мрачно кивнул в поддержку.
Я почувствовал, как в воздухе повисло напряжение. Раскол. Идеальный момент.
— Предлагаю сделку, — обратился я к сероглазому. — Ты помогаешь нам выйти из окружения, а я отдам часть флагов.
Двое лидеров вспыхнули, как порох от искры. Маркан сжал кулаки так, что кожа на костяшках побелела.
— Ты устроил этот бардак! — прошипел он, делая шаг вперед. — Мы тебя окружили, а ты еще и условия ставишь?
Огарин с раздражением дернул плечом.
— Да брось, Гарн, он просто тянет время!
— Вы сами только что угрожали разорвать союз, — спокойно заметил я, не сводя взгляда с сероглазого. — Так что, Гарн, давай по-честному. Ты помогаешь нам уйти, а я отдам тебе часть флагов. Твои ребята еще успеют собрать достаточно для хорошего места.
Маркан аж подпрыгнул от ярости.
— Ты что, серьезно⁈ — Он ошалело уставился на Гарна. — Он же нас нагло разводит!
Но тот уже кивнул.
— Сколько флагов ты отдашь?
Двое других лидеров замерли, словно не веря своим ушам. Огарин заскрипел зубами.
— Вот и все? Ты ведешься на эту дешевую уловку⁈
Я лишь усмехнулся.
— Двадцать. А вы, раз уж так любите угрозы, то вот вам еще одна: если вы сейчас не отойдете, ваш союз развалится, а ваши отряды останутся ни с чем.
Маркан взорвался проклятиями, но было уже поздно.
Гарн усмехнулся, резко кивнул, и его бойцы мгновенно сменили позиции, разомкнув кольцо окружения. Мои кадеты разобрали «домик» и рванули в образовавшуюся брешь, пока бойцы Маркана и Огарина сталкивались с кадетами Гарна, от предательства рассвирепев даже больше, чем от воровства.
Однако просто сбегать я не собирался.
Отбежав на сотню метров, отдал приказ, параллельно, уже по привычке, продублировав его сигналом нитей:
— Разворачиваемся! — и отряд, будто по единому импульсу, резко сменил направление. Мы обошли схватку стороной, ударив во фланг двум оставшимся отрядам.