— Они и так не решатся, — ответил я, следя за тем, как кадеты замерли в нерешительности.
Один из них сделал шаг вперёд, рука потянулась к сигнальному свистку.
— Если кто-то подаст сигнал своим отрядам, — голос мой прозвучал ровно, без угрозы, просто констатация факта, — я сломаю ему ноги.
Парень замер. Его пальцы дрогнули, но так и не коснулись свистка.
— Это личное дело, — добавил я, медленно обводя взглядом остальных. — Договорённость я блюду. Но попробуйте нарушить правила — и ваши ноги станут моей проблемой.
Тишина. Даже ветер, казалось, затих, не решаясь нарушить этот момент.
Этан закончил убирать последний флаг, и теперь наш форт был открыт. Но никто не двигался. Они помнили леопарда Караны. Помнили, что происходит с теми, кто переходит мне дорогу.
— Хороший выбор, — пробормотал я.
Теперь оставалось только ждать осончания соревнования.
Прошло два часа.
И тогда на горизонте показались новые отряды.
Глава 16
Первый — Жейн. Второй — люди Герна, с которым я недавно заключил сделку, чтобы прорвать оцепление. Их появление всколыхнуло толпу.
Вскоре они подошли к стенам кокона, сплетенного из мерцающей паутины Ана.
Один из окруживших форт кадетов, узколицый паренек, видимо, почувствовав поддержку других и безнаказанность, тут же выступил вперед.
— Домики убрали! — крикнул он, тыча пальцем в опустевшие участки, где раньше лежали алые флаги. — Теперь их можно атаковать!
Герн, скрестив руки на груди, окинул кокон оценивающим взглядом. Его губы скривились в недовольной гримасе, но в глазах читался расчет.
— Нет, — наконец сказал он, отмахиваясь. — Не хочу рисковать и наживать себе врага вроде Лейрана. Даже если это всего лишь игры.
Его люди переглянулись, но не стали спорить. Один лишь мрачно пробормотал:
— Он и так всех переиграл.
Кадеты из отряда Ирбана тоже молча отошли в сторонку.
Я усмехнулся про себя. Значит, страх перед последствиями перевесил жажду легкой добычи.
Но не все были так благоразумны. Жейн презрительно фыркнул.
— Трусы, — процедил он, поворачиваясь к своим. — Это наш шанс! В атаку!
Ну что ж… Попробуйте.
Один из его бойцов неуверенно кашлянул:
— Но Лейран же…
— Лейран — калека с пауком! — Жейн резко махнул рукой, прерывая его. — Если мы их сейчас не раздавим, завтра он будет диктовать нам правила в самом центре. На штурм!
Его отряд замер на секунду, переглядываясь, но приказ есть приказ. Шестеро кадетов выстроились в линию, ладони уже светились голубоватым отблеском Потока.
Я наблюдал изнутри кокона, оценивая их построение. Дальнобойщики сзади, двое с клинками впереди — стандартная тактика новичков. Мои пальцы непроизвольно сжались.
Первая волна атак обрушилась на нас. Сгустки энергии ударили в паутину, заставив её дрогнуть, но не прорваться. Нити Ана были пропитаны энергией Ледника, объем которой был несравним с запасами обычных кадетов. К тому же свою паутину я плел больше часа.
Двое смельчаков с мечами рванули вперёд, рассчитывая на ближний бой.
И тут же попались.
Первый замахнулся — и нити самого кокона резко дёрнулись, обвивая его запястье. Он вскрикнул, пытаясь вырваться, но паутина уже ползла по руке, сковывая движение. Второй кадет попытался подсечь нити клинком, но лезвие застряло в нитях, а затем и его рука прилипла к поверхности кокона.
— Не подходите близко! — заорал Жейн, но было поздно.
Однако даже такая оборона не была вечной. С каждым ударом нити теряли плотность, а враги уже адаптировались — теперь они били точечно, в одни и те же места.
— Ещё минут десять — и они прорвутся, — холодно констатировал я про себя.
А потом дальнобойные атаки еще больше участились. Кокон трещал по швам.
— Левое крыло — прорыв! — крикнул Киран, прижимая щит к груди. Его голос пробивался сквозь гул боя, резкий и чёткий, как удар метронома.
Я развернул нити, перекрывая брешь. Трое кадетов из отряда Жейна уже вломились внутрь, размахивая тренировочными мечами. Их движения были грубыми, но мощными — типичная тактика «таранного удара».
«Второй ряд, клин!» — скомандовал я нитями, и наши кадеты сомкнулись клиновидным строем.
Нити Ана скользили по земле, цепляясь за ноги нападающих. На большее меня с учетом поддержания кокона не хватало. Один из них споткнулся, и Вельс тут же «добил» его тупым наконечником копья.
— Один есть! — прокричал он, но тут же отпрыгнул — здоровенный детина с топором, проламывал оборону, метя прямо в Вельса.
Я перебросил часть нитей на него, но он лишь оскалился и рубанул — паутина порвалась, как гнилая ткань.