Взгляд Конхобара потускнел. Он, призвавший Морриган в мир мертвых, отказывался говорить! Неужели всерьез считал, что она удовлетворится сказанным?
– Те слухи, что доходили до меня, вовсе не слухи, верно? – медленно спросила Морриган.
– Тебе придется быть чуть более конкретной.
– О, вы точно знаете, о чем я говорю. Иначе не отводили бы сейчас взгляд.
Конхобар упрямо молчал, не глядя в ее сторону.
– Ну хорошо. Люди по всей Ирландии рассказывают о том, что некие группы вот уже несколько лет охотятся на существ древней крови. Отлавливают их, как в старину отлавливали полуночных ведьм, чтобы сжечь на кострах и очистить их душу. Почему я не сравниваю с тем, как мы, истинные охотники, по заказу Трибунала отлавливали колдунов-отступников? Да потому что в случае с «охотой на ведьм» Темных веков и охотой на существ древней крови никакого трибунала в его первоначальном значении нет. Нет никакого суда. Поговаривают, носителей древней крови усыпляют, как бродячих псов, и забирают с собой.
Мертвый егермейстер хранил упрямое молчание.
– Балор вас забери! – взорвалась Морриган. – Мне кажется, вы чересчур близко к сердцу приняли выражение «унести секрет с собой в могилу». С вашей смертью ни вы, ни я, ни Трибунал ничего уже поделать не можем. Но вспомните, ради Дану, о том, что в Ирландии есть еще десятки подобных лагерей. Вы действительно хотите, чтобы в один из дней уже другие охотники проснулись от душераздирающих криков или раздирающих их грудь когтей?
– Ловчие.
– Простите?
– Их называют ловчими. Это не охотники, как ты могла подумать. Верней… не совсем. Никого из них Гильдия охотников не воспитывала с самой юности, как вас в Картрае.
– То есть? – насторожилась Морриган.
А она уже успела решить, что ловчие – лишь особый подвид охотников, вместо полуночных колдунов «натасканный» на существ древней крови.
– Всех ловчих к нам направлял Трибунал, – нехотя сказал Конхобар. – В меру молодые, очень редко – юные. Так или иначе, когда они поступали к нам, они уже были трибунами или, во всяком случае, работали на Трибунал.
– Есть разница?
– Есть. – Однако объяснять егермейстер не стал. – Мы лишь проводили что-то вроде ускоренного обучения. Учили сражаться, проверяли знание бестиария, но отдельно от вас, основной группы охотников. Периодически в лагере появлялись трибуны. Они следили за ходом подготовки и, если считали, что ловчие готовы, забирали их с собой. Я даже не знаю, где базируются ловчие. Вряд ли у них есть свои лагеря, иначе их подготовка проходила бы там, а не среди охотников. Трибунал их явно не готов обучать.
– И как долго это продолжалось?
– В Картрае? Несколько лет. Насчет других лагерей сказать не могу.
Морриган на мгновение стиснула зубы.
– Зачем? Что они вам сделали?
– Что нам сделали существа древней крови? – хохотнул Конхобар. – Раз ты спрашиваешь, значит, Трибунал добился своей цели – защитил граждан Шотландии и Британских островов и обеспечил их покой и безопасность. Древние требуют к себе особого отношения.
– Разве? А мне казалось, они хотят лишь того, чтобы к ним относились не хуже, чем к людям, – холодно отозвалась Морриган.
Конхобар подался вперед. В этой угрожающей позе – сжатые кулаки, опасно сощуренные глаза – она видела его прежнего. Властного, вспыльчивого, непреклонного… Живого.
– А как насчет тех существ, что живет, словно по законам волчьей стаи? Мира животных, но не людей? Тех, кто по ночам выходит на охоту, а поутру оставляет за собой трупы? Обескровленные, растерзанные на куски? То, что ты видела по ту сторону завесы… все это они делают с людьми.
– Не говорите со мной как с маленькой. Я знаю, на что способны дикие древние.
– А как, скажи мне на милость, ты отличаешь диких от других? Как можешь быть уверена, что тела, которые по утрам находят в Кенгьюбери – это жертвы одичавших? А не тех, кто входят в наши дома, торгуют с нами, стоят в одной очереди с нами, а ночами охотятся на нас, потому что мы для них – развлечение и еда? Два в одном, как говорится. Как мыши для котов. Ты не представляешь, на какие зверства они способны.
– Как и люди, – сухо парировала Морриган.
– Твоя правда. Но пока люди вынуждены жить по правилам, магия существ древней крови находится за рамками деления на рассветную и полуночную, а потому контролировать их практически невозможно.
– Поэтому вы просто истребляете их?
– Их истребляем не мы, – устало возразил Конхобар. Пыл его на глазах угасал. – А ловчие.
Морриган помолчала, кусая губы.
– Почему тогда напали на вас?