– Клио, – растроганно проговорил Ник.
Она не слышала. Сорвала шелковую повязку, чтобы не промочить ее – в глазах цвета морской волны стояли слезы.
– Как я могла тебя забыть?!
Из груди толчками вырвались сухие рыдания. Казалось, безумие и напряжение всех этих дней, полных чужой боли, чужих слез и чужих кошмаров, обрушились на нее. Клио тонула, погребенная под лавиной собственных чувств. Их было так много, что ее хрупкое человеческое сознание просто не справлялось. А тут еще это жуткое откровение…
Ник в один широкий шаг преодолел разделяющее их расстояние. Полы пальто взметнулись вверх, словно крылья черной птицы. Клио попыталась закрыть лицо ладонями, но Ник не позволил. Сгреб ее в охапку, так, что ей пришлось спрятать лицо у него на груди. Клио никогда не казалась себе такой маленькой и такой слабой, как сейчас.
– Тихо, птичка, тихо, – прошептал он, нежно и бережно ее обнимая. – Ты не виновата. Никто, кроме тех, кто за все это поплатился, не виноват.
Ник взял ее замерзшие пальцы в свои, подышал на них, согревая. Клио шмыгнула носом и через силу улыбнулась, чувствуя себя неловко за вспышку слабости. Теперь, когда она успокоилась, самое время вернуться к Кьяре и Сирше. Но делать этого отчего-то совсем не хотелось.
Пальцы давно уже отогрелись – Ник закрывал ее от ветра, а его дыхание на ее коже разгоняло тепло от ладоней к груди и щекам. Они стояли, не разжимая объятий, и руки их соприкасались, как Клио всегда и мечтала. О чем она и мечтать не могла, так это о том, что в происходящем не будет и капли случайности.
«Сейчас, Клио. Сейчас самое время ему рассказать. И понять, что чувствует он сам».
Однако она промолчала. Просто не смогла. Струсила.
Ее ладони выскользнули из объятий изящных пальцев, достойных лучших из пианистов. Щека уже не касалась теплой груди – ее хлестал неласковый ветер.
– Надо возвращаться, – тихо сказала Клио, повязывая шелковую ленту на глаза.
Показалось, или во взгляде Ника мелькнуло разочарование?
«Какая теперь разница, – устало подумала она. – Ты упустила шанс».
Прощание с Ником вышло неловким и скомканным.
Когда девушки очутились в Пропасти, Кьяра без промедления отправилась на остров шаманов – навестить отца. Клио задумчиво смотрела ей вслед. Каждый раз, стоило им вернуться от очередного спящего, Кьяра тут же ускользала. Конечно, шаманка любила и отца, и молодого мужа, но она никогда не задерживалась даже для того, чтобы просто обсудить, что только случилось. А ведь, казалось бы, столь значимое, интимное переживание, как спасение людей от неминуемой смерти, должно было их сплотить.
– Иногда мне кажется, Кьяра взорвется, если проведет со мной несколько лишних минут, – хохотнула Сирша, провожая взглядом шаманку.
Клио медленно покачала головой.
– Не принимай это на свой счет. Не думаю, что дело в тебе или даже в том, что ты – дочка Агнес Фитцджеральд. Просто такие люди, как Кьяра… Им нелегко подпускать к себе людей. Я знаю это по сестре – когда кто-то пытается с ней сблизиться, Морри поднимает невидимые щиты.
– И все-таки я удивлена, как при таком крутом нраве Кьяра умудрилась выйти замуж всего в двадцать с небольшим! Бедный ее муж, он, наверное, годами ее добивался!
Клио хихикнула, одновременно чувствуя и легкий стыд, и облегчение. С ума сойти – они сплетничали, как обычные девчонки. Однако смех Сирши резко затих, на лицо словно набежала туча. Глазами голубки Клио проследила за ее взглядом. Подруга смотрела на ярус, где находился их с Оливией дом.
– Что-то не так? – осторожно спросила она.
Но что может быть не так, если Сирша только недавно сняла маску обезличенной и вернулась к нормальной жизни, к родной и любящей сестре?
– Нет-нет, тебе показалось. – Сирша выдавила улыбку.
Лгать она, однако, совсем не умела.
Давить на нее и изводить расспросами Клио не хотела. Как будет готова поделиться – расскажет обо всем сама. Правда, такие, как Сирша, жаловаться не привыкли. А значит, Клио могла никогда не узнать, что гнетет ее новую подругу. Ясно одно: домой та возвращаться не хочет.
– Может, заглянешь наконец ко мне в Тольдебрать? – Улыбка увяла, стоило подумать о том, что замок значит для Сирши. Он снился ей в кошмарах, ведь именно там умерла ее мать и старшая сестра. – Или… слишком рано, да?
– Нет, не рано, – тряхнула головой Сирша. – Мы должны бороться со своими страхами. А лучший способ это сделать – встретиться с ними лицом к лицу.